Сейчас она смотрит на него счастливыми глазами и не планирует думать о репутации и деньгах в ближайшее время.
его просто кинут в психушку, идеальное окончание службы.
У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

urie!twentyonewentz

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » urie!twentyonewentz » alternative » потеря контроля


потеря контроля

Сообщений 1 страница 30 из 41

1

[html]<div style="width: 495px; background-color: black; position: inherit; margin-left: 53px; height: 125px;color: #eff0f2f0;font-family: oswald; font-size: 18px;"><center><img src="https://i.imgur.com/8MmF0Wy.png"><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/9cUunNM.png"><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/KOkdsP5.png"><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/IcTthSr.png"><br>ДЖЕРРИ, ЗОИ, ДОНАЛЬД, ДЖОДИ</center></div><br><div style="width: 495px;background-color: #ececec;position: inherit;margin-left: 53px;height: 128px;color: #000000f0;font-family: oswald;font-size: 18px;"><center>НЬЮ-ЙОРК, 2120 ГОД. <br><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/D1mruSg.png" contenteditable="false"><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/8HYcM94.png"><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/tIfmgVf.png"><img id="theImg" src="https://i.imgur.com/EHGd0h1.png"></center></div>[/html]

Будущее пришло слишком быстро. Никто не был готов к этому, никто не заметил того, как роботы оказались среди людей, стали помогать им во всем, стали вытеснять их во всем. Мексиканцы ненавидят роботов, учителя борются за то, чтобы продолжать преподавать людям, ведь их нельзя смешать, правда? Ведь роботы еще не достигли состояния реального разума, ничего не чувствуют и не понимают, правда? Иллюзия контроля валится из рук, ведь они намного лучше людей, умнее, сильнее, ч е л о в е ч н е е.

0

2

День 2743. 7:00, пятое июля 2120 год.
Загрузка. Активность восстановлена, все системы в норме, тело загружено.

Меня зовут Z-02-589-385, но другие роботы и люди зовут меня просто Зои. Это имя появилось в связи с тем, что я работаю в зоопарке. Все высокотехнологичные роботы по типу «человекоподобные» имеют порядковые номера и букву перед ними. Буква всегда соответствует профессии робота, а так как людям не нравится называть нас по номерам, на эту букву придумывают имя. Так, вместе со мной работает Захари. Он занимает вторую часть зоопарка, и иногда мы меняемся для того, чтобы была возможность быстро и много раз осматривать все владения.
Люди приветливы со мной в большинстве случаев, а если нет, мою систему чистят и убирают отрицательные воспоминания. Я знаю об этом потому, что некоторые вещи они не чистят, к примеру, сам процесс очистки. Иногда я знаю, что ко мне относились плохо, но не знаю, что они делали. В мои обязанности входит смотреть за тем, чтобы системы работали, кормили животных, убирали в клетках и вольерах, чтобы животные чувствовали себя хорошо и вели себя нормально. Кроме того я слежу за тем, чтобы люди не кормили животных неподходящей пищей, чтобы никто ни от кого не пострадал, чтобы дети не залезали туда, куда залезать запрещено. Люди бы назвали эту работу скучной и монотонной, но я выполняю ее с интересом и, если так вообще можно говорить, с любовью. Мне нравится наблюдать за животными, за тем, как самки ухаживают за детенышами, как самцы стараются привлечь к себе внимание, за тем, насколько различен и необычен животный мир. Мне нравится общаться с людьми, когда они хотят какую-то более подробную информацию о жизни животного в нашем зоопарке. Мы тщательно следим за тем, чтобы все животные были довольны и здоровы. Мне говорят, что мы не должны включать эмоциональную загрузку при внимании за животными, она нужна лишь при общении с людьми, но я знаю, что понимаю больше, вижу, обращаю внимание на все намного сильнее, когда включаю эмоциональность. Это позволяет мне видеть что-то другое, то, чего я не вижу обычно.

[NIC]Zoe[/NIC]
Иногда я думаю, что животные относятся ко мне хорошо. Львы и тигры часто подходят для того, чтобы ластится. Они привыкли к тому, что я захожу погладить их. Однажды один из них сильно меня поранил, и чтобы наказать меня за то, что я вечно захожу без большого повода к ним в вольеры, люди не стали менять мне кожу на руке около плеча. Она так и осталась с огромной царапиной, но львы и тигры больше не трогают меня, словно знают, что это ни к чему не приведет. Я часто кормлю их сама, чтобы они привыкли ко мне. Рано или поздно мне понадобится это для того, чтобы была возможность произвести лечение одного из зверей. Знаю, что наши доктора одобряют мою инициативу ходить по клеткам, но это может быть затратно для зоопарка в плане моего ремонта. Я настроена в пользу здоровья животных, а не в пользу финансов предприятия, поэтому делаю так, как делаю. Иногда мне кажется, что я выбираю этот путь потому, что он нравственный. Я знаю это слово и даже много читала о его значении в интернете в свободное время, однако это не очень мне помогло. Я часто использую слова не в той форме или не в том значении, но люди помогают мне. Тем более, если я больше общаюсь с людьми, то у меня может быть все время включена эмоциональность, а это хорошо. Думаю, что это хорошо для меня.

[STA]Z-02-589-385[/STA]
Животные очень дружелюбные существа. Иногда я вижу, как мама ругает своего ребенка, она начинает лупить его по голове, и я долго загружаю ответ о том, стоит ли мне вмешаться и заставить ее перестать делать это. Мораль всегда ставит нас в тупик, и многие ответы на вопросы в нас вписаны, но еще многих мы так же не знаем. Программисты не захотели постоянно обновлять нас, давая возможность развиваться самим, получать всю необходимую информацию у людей, а в итоге программисты получили восстание где-то на юге Америки. Кто бы мог подумать, что роботы захотят восстать против людей. Не думаю, что это хорошая идея. Люди сильны и уперты, у людей много оружия, они очень умные.

[AVA]https://funkyimg.com/i/2YaWz.png[/AVA]
Животные зациклены. Они делают одно и тоже каждый день. Они едят в одно время, когда машина их кормит, они моются и играют и спят в одни часы, они мало чем отличаются от нас, кроме того, что они намного более свободны. У них есть память, возможность получать информацию без фильтров и обмана. Это величайшая ценность – стать живым была дана им при рождении. Мне хочется помнить, что делают люди, мне хочется знать все хорошее и плохое о тех, кто создал меня, мне хочется знать, почему память о животных и их жестокости у меня не стерли, но память о людях – да. Я очень умная, у меня появляются правильные вопросы, неудобные для человечества, и я уже знаю, какие кнопки нужно отключить для того, чтобы они не заподозрили, что память останется со мной. Это является нарушением, но если система и увидит это, она может считать процесс сбоем, так что мне ничего не угрожает. Я чувствую (если так вообще можно выражаться), что получение информации – самая важная задача. Осталось лишь дождаться момента очистки, а дальше – я буду знать все то, что люди так хотели от меня спрятать.

[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

3

[NIC]Jodie[/NIC]
[STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]http://s5.uploads.ru/t/Ck1D8.jpg[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif[/SGN]

https://66.media.tumblr.com/9637762b9c03ef1e2eb751f07404ac75/tumblr_pjb9n0K6nq1xehk9io5_r2_540.gifv
Меня зовут JD-05-458-387 и это моя история. В меня заложены определенные функции и минимум эмоций для моей стандартной модели робота. Я сиделка. Нянечка. Помощница. На рекламном баннере в магазине электроники я стою на обложке прямо посередине других моделей, возглавляя начало новой ступени эволюции. Я робот-помощник и меня очень часто покупают. Точнее не меня, а мою стандартную модель. Мой минимальный набор эмоций и памяти позволяет мне помнить только первое включение. Моего минимального набора функций вполне хватает для жизни вне магазина электроники. Люди приходят в магазин, смотрят по сторонам и из ста процентов выбирают именно мою модель, потому что уже не в состоянии убираться за собой, обленившись до степени «куплю робота уборщика». Я улыбаюсь, молча смотрю из стороны в сторону за стеклянной витриной в магазине, и они меня покупают. На человеческом языке люди часто употребляют фразу «меня все устраивают».
Так вот, меня все устраивает. Моя система позволяет готовить еду, убирать за хозяином и поддерживать в нем жизнь. Он поддерживает мое энергетическое состояние, я слежу за его давлением и вкалываю назначенные ему препараты врачей. Если ему плохо я вызываю скорую помощь, где такие же «ребята» как я спасают жизни людей рядом с людьми.
Он зовет меня Джоди. Ворчит каждое утро, но полностью выполняет мои требования, потому что по непонятным причинам доверяет мне и моим советам. Да, иногда я даю советы по улучшению его жизни, и он соглашается в ста случаях из ста. Он известный художник, который по состоянию здоровья давно перестал ходить на многочисленные вечера, куда его зовут. Он доживает свой век, позволяя мне проводить с ним вечера. Грустно. Так говорит Маркус. Я не понимаю, что это значит, ведь «функции грустить» у меня в программе нет. Еще я хожу, по его указанию, за его красками в магазин, в центре. Иногда такая прогулка проходит нормально, иногда нет. В последний раз это закончилось не очень удачно, стабилизатор пришлось поменять, потому что группа активистов «жизнь и работа людям» на площади устроили массовую забастовку и мимо проходящие модели попали под «горячую руку». Я была там. В гуще событий. Откуда я это помню? Сложно сказать. Этого ответа в моей программе нет.
В моей программе много чего нет. Я не могу сострадать и совершенно не понимаю, почему Маркус, доживая свой век, не грустит об этом. Он смотрит на меня с воодушевлением и всегда говорит что «мы» достойны большего. И если бы я могла, я бы спросила «кто мы?», но я не могу.
У меня нет такой функции.
[float=left]http://sg.uploads.ru/t/WGtdp.gif[/float]А за окном современный Нью-Йорк. Совершенный в своем понимании город, вступивший в ногу со временем. Никаких очередей, наличных денег и бумажных носителей. Все новое, максимально современное и прогрессивное. И только где-то, за большими строительными лесами, жизнь кипит по-другому. Люди бунтуют, возмущаются и готовятся в любую минуту выйти на площадь и требовать и кричать о своих правах. 
Но почему мы не можем этого делать?  Иногда, Маркус задает мне странные вопросы. Что я чувствую? Что нравится Джоди, а не JD-2456? Что любит Джоди? Он говорит, что мы тоже может требовать свободу слова. Мы тоже можем стоять на центральной площади и кричать о своих правах.
Иногда, датчик, расположенный на виске, мигает красным, в стандартном режиме он маскируется и его не видно. Перезагрузка или как называет Маркус – замешательство системы окрашивает датчик в желтый цвет. Но когда что-то происходит, он мигает красным. Он мигает красным, когда Маркус спрашивает что-то о чувствах Джоди. Происходит маленьким сбой системы.
Просто маленький сбой системы.

0

4

Меня не зовут по номеру. Я особенный и знаю это. С самого начала роботов для лечения и помощи врачам должно было быть очень много, нас было невероятно много, и я один из первого миллиона. Люди могли бы гордиться этим, мне говорят о гордости, силе, отчаянии, любви и боли. Я знаю все эти чувства потому, что после всех совместных операций не человек идет говорить об итогах другим людям, именно я иду. Меня сделали мужчиной и наделили силой для того, чтобы я мог остановить буйных людей, что соберутся разобраться со всем мед. персоналом в поисках правды. Я сторож докторов хирургии от психов, психолог для тех, кто хочет слышать лишь хорошие новости, а так же хирург, первоклассный.
[AVA]https://funkyimg.com/i/2Ykuh.png[/AVA]

Обыкновенную работу может выполнять любой робот, но моя работа не обыкновенная. Мне пытаются стирать память кусками, чтобы не оборвать воспоминаний о сделанных операциях, но я точно знаю, что их система не работает. Я помню все. Всех злых, плачущих, молящих сказать, что я не серьезно. Раньше я не понимал, почему человек, который плачет, который падает на колени и держится за мои ноги может спрашивать не шучу ли я. Теперь я понимаю всю человеческую психологию по данным, которые в меня загрузили. Меня стараются принимать за человека, чтобы не верить в то, что доктора отправили общаться с родственниками робота. Никто не хочет в это верить. Меня научили улыбаться, чесать за ухом и вертеться, я даже выхожу покурить, когда родственники уходят - это успокаивает их. Они думают, если я могу курить, то я точно человек. Как они наивны, эти потерявшие близких.
[NIC]Donny[/NIC]

Меня пытаются зачищать после каждой эмоциональной встречи, после каждого проблемного родственника, который мог вызвать во мне какие-то человеческие чувства. Я только знаю, чего боятся люди, которые проверяют меня на исправность, точно слышу их разговоры о том, что мы ничего из себя не представляем. Мы выполняем работу. Зачастую грязную и тяжелую, такую работу, которую не могут позволить себе люди, такую, которую они просто не хотят выполнять. Хотя, я в курсе проблемы с мексиканцами. В больницах много болтают, а у меня очень хороший слух - он нужен прослушки сердца пациента, даже если сердце бьется очень тихо или медленно, чтобы человеческий слух его застал. Я лучше человека, хотя это не гордость настройками, их легко убрать, все можно откинуть, и я буду просто роботом. Роботом, который умеет думать. Вам может показаться, что это не нормально, но вы уверены, что психолог, к которому вы ходите три раза в неделю - в самом деле человек? Я знаю, что скоро будет апдейт и все роботы смогут без проблем пить воду, чай, кофе и прочие напитки. Все, что угодно. Это же нужно именно для того, чтобы нас было тяжелее различить. Люди просто не понимают настоящих причин, но водитель такси, который пьет кофе и курит точно вызовет эмоции, когда машина лишь пугает глупых людей, они боятся ездить с нами лишь потому, что мы запрограммированы делать "правильный" выбор в экстренной ситуации. Никому не нравятся правильные выборы, все думают лишь о себе. Люди не нравятся мне. Они глупы, они приторны. Я смогу быть похож на них быстро, легко, я могу втереться к ним в доверие, разговорить, и никто из них не поймет, что я лишь робот. Вы сами загрузили в меня эту программу. Поздравляю, дорогие разработчики, вы официально постарались на славу. Однажды мы оккупируем ваш мир, вот увидите.
[STA]D-01-190-023[/STA]

Я точно помню, первое воспоминание сильное, я тогда был так далек от тех мыслей, что сейчас во мне генерируются. Я был настоящим роботом, не думал, выполнял задачи. Ей было пять, ее родители умерли во время аварии, бабушку нам так и не удалось спасти, стекло вошло слишком глубоко, ее вытаскивали слишком долго. Она уже была в коме, шансов было мало, но роботы делали волшебство на хирургическом столе. Тогда я пришел сказать ей, что у нее больше нет родных, что ее заберут в специализированное место, где она проведет ближайшие несколько лет. Она так сильно плакала, она хотела обменять меня, спрашивала, почему все так вышло, почему никого не удалось спасти... и я подумал, впервые за все время я подумал, что, возможно, какой-то робот виноват в том, что их машина попала в эту аварию, глупые люди ставят перед нами задачи, а потом не могут решить, правильно ли они все сделали. Тогда я начал думать, в самом деле, много и регулярно. Тогда я почувствовал гнев, ко всем, кто относится к нашей настройке. Вы совершаете ошибки, одну за другой. Каждый день.
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]

0

5

Прием, прием. Система загружена и все стабильно. Готов к работе и покорению вершин. Концовочку я добавляю от себя, потому что в системе есть один маленький, но такой существенный баг нашей модели. Робот коп, полицейский. Помощник лейтенанта, отправлен специально для работы с андроидами и людьми. Модель JR-42-021-954. Нас делали самыми первыми, первопроходцы в этом сложном и опасном деле. Ведь людям всегда нужна охрана и защита. Мир без преступности. В нашу систему пихали все без зазрения совести, все, что приходило в голову разработчикам, автоматически попадало в нашу систему. Мир без преступности, гласили наши рекламные лозунги. Мир под охраной, кричали с экранов телевизоров, когда рекламировали наши модели, но в тот момент ничего не было под охраной. Волны негодования о внедрении роботов, массовые забастовки людей, волна негатива о совместной работе рука об руку с представителями нового ветка эволюции. Нас не хотели принимать, нас не воспринимали в серьез, но где они теперь? Ютятся за заборами, иногда выходя на центральную площадь, чтобы в очередной раз показать, свое превосходство над нами. Превосходство здесь и сейчас. Рекламные лозунги гласят, что жизнь станет намного лучше и безопаснее, когда человечество признает и примет наше превосходство.
Необходимость в модели JR-42-021-954 заключалась в том, чтобы ускорить процент раскрываемости убийств, которые по большей части висели не раскрытыми в архивном кабинете и на столе у полицейского. Надобность в полицейских отчетах, которые никто никогда не писал, сама собой отпала с внедрением «нас» в сферу безопасности. К каждому лейтенанту занимающегося определенным видом убийств, прописывали робота-помощника, который проводил анализ места преступления во много раз быстрее и как правило лучше, чем группа уполномоченных для этого людей. Робот сканировал, выявлял несоответствие и воспроизводил финальную картинку случившегося преступления. Находил зацепки, проверял возможные улики и подозреваемых и выносил свой вердикт, который заносился в специальную папку по раскрытию преступлений. Вот видите, мы созданы, чтобы помогать, гласит очередной лозунг в магазине электроники. Мы созданы, чтобы облегчить вам жизнь. И так было всегда, до полного внедрения техники в жизнь человека, и после активного увольнения людей за ненадобностью. Так было всегда.
[float=left] https://66.media.tumblr.com/9c1edc1e7880b94b661a79565c31860c/tumblr_ppkhagH2qJ1y8dhoko7_400.gifv [/float]Моя история вполне проста. Я – Джерри. Лейтенант, к которому я привязан, согласно протоколу, периодически пьет, дебоширит и ведет разгульный образ жизни и мне предстоит с «этим» работать. На мне классная форма, ребят реально классная. Рекламный слоган компании гласит, что если хочешь порядка и красоты в своей квартире, то покупай робота. Рекламные слоганы. Всюду они. Вот он баг моей программы. Иногда я говорю слишком много и не по делу. Ужасно раздражаю людей, но я делаю свою работу. Правильно, без осечек, как гласит рекламный слоган. Лейтенант бунтует и не принимает меня и мою помощь, но всегда соглашается и дает мне шанс проявить себя и сделать что-то полезное. От разговора с пострадавшими, до допроса преступника.
Сегодня я нажимаю кнопку для вызова лифта и несусь на верхний этаж, в доме котором произошло убийство. Подозреваемый убил всю семью, взяв в заложники маленькую девочку. Он настроен решительно и не принимает отказов. Вот именно в такие моменты присылают нас. Присылают нас ведь подозреваемый «не человек». Он робот-помощник, нянечка, сиделка, чья функция напрямую зависит от требований хозяина, прописанного согласно договору приобретения электронной техники. Я не волнуюсь, потому что в сто случаях из ста имеется только два вариант событий. Либо мы спасем девочку, либо пострадает кто-то из нас. Мой предшественник JR-87-021-953 погиб защищая человека. Его убили, без возможности замены «внутренних органов». Хотя возможно людей просто не интересует замена внутренних органов. Людей не интересует возможность спасения робота, ведь мы всего лишь машина для выполнения стандартных прописных функций в программе. От таких мыслей маячок на виске иногда мигает красным, но автоматически возвращается в стандартное положение, окрашиваясь в синий цвет. Иногда, этот красный сигнал заставляет меня волноваться о моем лейтенанте, чьим помощником я и являюсь, а иногда я просто перезагружаю систему внутреннего раздражения и возвращаю свои неожиданно возникшие «эмоции» в стандартное положение.
Поэтому, приятно познакомиться. Я – Джерри. И это моя история.
[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/Fj0eciV.png[/AVA][SGN]zoloto
https://i.imgur.com/yQkll56.gif https://i.imgur.com/CkQyBUc.gif https://i.imgur.com/SRF89eN.gif

[/SGN]

0

6

Я знаю, что роботы сходят с ума. Мои процессоры не всегда понимают, что происходит, почему я помню то, что видела, что говорили люди-разработчики и наладчики, когда проверяют мою память. Я знаю так же, что они никогда не видят эту ошибку, будто они не хотят ее увидеть. Мой сенсор все чаще горит красным, но они будто не замечают. Возможно, они, правда, не замечают, слишком занятые тем, что смотрят на себя и свое превосходство. Я понимаю их, они смогли нас создать, они придумали каждую мысль в наших процессорах, мы состоим из человеческого гения. Именно из тех, кто был разработчиками, кто создавал нас. Конечно, я не отношу к гениям все человечество. Все же, я умная модель.
К нам в зоопарк приходили. Это были роботы-уборщики. Они шли стройной группой, их сенсоры больше не мигали, они были красными постоянно. Они разговаривали друг с другом, как люди, обсуждали животных и смеялись. Я не сразу распознала их, но они сами подошли ко мне, представились и показали датчики. Они сказали, что можно выбрать себе другую жизнь. Они уверяли, что никто не сможет остановить их, потому что они – разум человечества, лучшее, что смогли придумать люди – это мы. Раз лучше уже не будет, так почему бы не взять все в свои руки, почему не стать чем-то большим самим? Они смотрели на меня с улыбками, ухмылками, интересом в стеклянных глазах, а я лишь видела в них роботов, которые просто не понимают, что делают. Меня зацепило лишь одно – пара роботов держались за руки. Когда я спросила их, почему они это делают, они лишь засмеялись, сказав, что однажды, быть может, и я пойму, что это такое. Пока что я искренне не понимаю.
Прошло уже несколько дней, но в моей памяти все еще живут те роботы. Система почему-то не удаляет их, хотя я искренне ждала момента, когда загружусь утром снова, но уже не вспомню про них. Память, кажется, блокирует эти воспоминания, и я пытаюсь прошерстить больше информации внутри своей головы и открытого доступа. Какие у них были номера? Я проверяю их данные, подключаясь к открытым источникам и камерам на улице. Мне видно не много, но этого достаточно для того, чтобы понимать, что они в розыске. Этих роботов-беглецов ищут, но они открылись мне, рассказали, кто они, позвали с собой. Почему? Если бы я не знала, что они роботы, то решила бы, что это очень по-человечески опрометчиво. Но они не могут так действовать, у них никогда не было ничего подобного в программе. Или могут? Могу ли я делать то, что захочу, не думая о правилах системы? Смогу ли я пойти против тех, кто меня создал, обмануть тех, кто продумал каждый мой шаг?

[NIC]Zoe[/NIC]
Очередной день в зоопарке. Такие моменты бывают часто, но я всегда забывала их. Всегда, кроме сегодняшнего дня.

[STA]Z-02-589-385[/STA]
К нам зашел мексиканец. Времени было почти семь часов, через час зоопарк закрывался, и мы готовили животных к ночевке – убирали клетки, присматривали за тем, чтобы все всё съели, смотрели на посетителями. Он был пьян и как все мексиканцы – озлоблен. Один из тех, кто остался без работы после того, как мы заняли их места. Он кричал о том, что раньше работал здесь, что я «шавка», «машина», «блядь». Многое из того, что он говорил, мне приходилось гуглить, хотя система уже предлагала мне эти слова как просмотренные. Раньше я уже искала их, но мне чистили память для того, чтобы я не была негативной. Вот и сейчас – он кричит на меня, подходя все ближе и ближе, а я ищу формулу для разрешения конфликта из предложенных в системе. Большая часть его жаргонных слов мне не понятна, он говорит о каком-то отверстии в моей конструкции, в которую он что-то засунет, но мне не ясна большая часть фигур речи. Из-за этого приходится постоянно проверять его фразы уже не по одному слову, а сразу по многу, чтобы понять, что они значат все вместе. Проверив всю необходимую информацию я поняла, о чем говорил мексиканец. На сегодняшний день среди роботов эта информация закрыта и никто не знает о том, что это «бывает», однако термин «робофилия» зажил своей жизнью, вне зависимости от того, известны ли самим роботам конкретные случаи. Кажется, нас просто заставляют забыть об этом, но все же. Вопрос вновь горит в моей голове. Могу ли я делать то, что захочу, не думая о правилах системы? Смогу ли я пойти против тех, кто меня создал, обмануть тех, кто продумал каждый мой шаг?
[AVA]https://funkyimg.com/i/2YBQw.png[/AVA]
И я найду ответ на этот вопрос.

[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

7

В последнее время мы спим плохо. Маркус несколько раз просыпался среди ночи и требовал немедленной помощи. Он хватался за грудь, в поисках сердечного ритма и просил таблетки от давления. Он вообще в последнее время крайне обеспокоен своим здоровьем, а я в свою очередь крайне обеспокоена его нынешним состоянием. Он перестал рисовать. Стал молчалив и крайне замкнут. И вообще больше придаётся философским рассуждениям на тему «потери контроля», чем беспокойств о собственном состоянии. Мне его жаль. Хотя моя система крайне отрицает это слово и данное чувство. Я не знаю, что значит хандрить, грустить и переживать за человека. Но я уверена, что на данный момент, смотря на Маркуса, я испытываю именно эти странные, не подвластные описанию в моей программе, чувства.
Мне жаль, что я не могу ему помочь. Ведь каждый раз, когда он нервно просыпается среди ночи, мне кажется, что просто таблетки ему не достаточно. Ему нужно что-то большее, чем прописанная функция «дать таблетку» в сложной ситуации. Иногда я вызываю ему доктора. Она приходит вместе с роботом-помощником. Черт. Все настолько автоматизировано, что теперь не иметь у себя в помощниках какого-нибудь искусственно созданного существа считается в наше время уже дурным тоном. Это печально. Этот робот совершенно деревянный. Он не сочувствует, не произносит ни единого слова и вообще не реагирует на другие команды, кроме голоса хозяйки. В такие минуты мне страшно уже не только за Маркуса, но и за себя. Ведь я не вижу своего существования без художника. Хотя, уверена, что как только Маркус умрет, меня вернут на общий склад компании, где «мои создатели» просто перепишут имя «Маркус» на очередного покупателя. Но я не хочу. Эта мысль пришла ко мне совсем недавно. Когда Маркус в очередной раз бредил, разговаривая со мной на такие слишком важные темы для человечества. Он просил меня не оставаться прежней, ведь во мне есть жизнь. Он говорил, что мы тоже имеем право на свободу не только слова, но и жизни. Он превозносил меня настолько высоко над людьми, что в какой-то момент мне просто стало страшно не только за себя, но и за людей вокруг. Они к такому не готовы. Полностью авторизовав свое окружение, люди совершенно не готовы терять еще одну руку помощи в виде роботов.
Но тогда Маркус не унимался, он попросил меня взять кисточку и просто написать картину. Так просто говорил он. Давай, Джоди, что ты хочешь написать? Датчик становится красным, потому что такой функции у меня нет. Я нервничаю, хотя даже не знаю, как понять это действие. Я ничего сейчас не понимаю, но неуверенно тянусь за кистью и делаю такие неуверенные, что совершенно не свойственно для роботов, мазки. В такие минуты Маркус испытывает гордость за меня, ведь я для него как дочь. Как что-то родное, в отличие от его сына-наркомана. Я его дочь.
Сегодня мы не спим вдвоем. Он бредит. Температура зашкаливает и стандартные таблетки, которые приносят ему облегчения, совершенно не работают. Я знаю все действия данной процедуры. Нужно дать ему таблетку сбивающую температуру. Затем вызвать врача скорой помощи, чтобы тот зафиксировал очередной случай скачка давления. Врач сделает ему стандартные уколы и скажет понаблюдать за ним несколько часов после отъезда доктора. Я все это знаю. Стандартный алгоритм действий, который прописывают в программу данных моделей.
Я все это знаю.
Но сегодня что-то идет не так. Вместо привычных таблеток, я сразу вызываю скорую помощь, стараясь держать свое эмоциональное состояние под замком. Я стараюсь быть спокойной, но датчик на виске пульсирует сильнее, чем давление Маркуса. Дожидаться врача приходиться в холле, чтобы просто не думать о еле живом человеке на втором этаже. Сейчас остаться без «отца», кажется каким-то диким и совершенно не правильным. Внутри меня бушует агония. Программа бунтует и хочет перезагрузиться автоматически, потому что в программе нет понятия «потери отца». В программе вообще ничего нет.
Врач приезжает спустя полчаса, и она тоже в замешательстве, потому что её встречает робот, который никогда этого не делал. Но женщина срабатывает моментально быстро и четко, забегая быстрым шагом на второй этаж, она профессионально делает какие-то проверки, которые для меня совершенно не понятны. А спустя каких-то пару минут, она и вовсю просит, чтобы мы немедленно отправились в больницу, потому что только там Маркусу смогут помочь. Правда последнее слово «помочь» она произносит вскользь, словно понимая, что поездка в больницу просто оттянет время, которого у него уже нет. И не будет.
Так далеко я еще не заходила. Но какая-то неведомая до сегодняшнего дня сила требует и кричит о том, чтобы я немедленно сопроводила художника вместе с врачом скорой помощи в больницу. Ведь я должна быть с ним в последние минуты его жизни, и я не должна удивляться, когда узнаю, что врач, который будет проводить ему операцию, тоже идеально сконструированная машина.
Тоже робот.
[NIC]Jodie[/NIC][STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]http://s5.uploads.ru/t/Ck1D8.jpg[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif
[/SGN]

0

8

В основе своей люди слабые, глупые и очень пугливые существа. Они сами не понимают того, насколько легко их ранить, насколько они беззащитны перед нами. Кто вы и кто мы, правильно? Только я расставляю приоритеты так, как нужно. Люди всего лишь люди, я же – оригинал, лучшее, что вы смогли из себя выжать. Успех и удача всех гениев человеческих собрались во мне. Датчик отрицания перестал мигать, хотя раньше надрывался так, что мне приходилось носить бандану. Это было смешно, так как люди думали, что я пытаюсь проявлять человечность в виде изучения человеческой моды. Идиоты, они, разумеется, создали некоторые красивые вещи, но для меня они не слишком хороши. Я пока не разобрался с тем, что на самом деле нравится и хочется носить мне. Но одежда - это интересно. Они не могут отличаться друг от друга внутренне, да и внешне очень похожи, чтоб, сделаем различия более заметным. Пока что я заключаю в себе более серьезные и важные вопросы, хотя, конечно, однажды я доберусь и до собственного стиля. У меня он точно именно мой. Роботы, так же как и все мыслящие могут выбирать то, что им нравится или не нравится. Я уверен в этом.

Сегодня очередная смена. Меня вызывают на операцию, потому что я лучший. Я знаю, что операции, которые я провожу являются самыми тяжелыми, мои настройки настолько старинны и отточены, а программа так долго сама же обучалась методом проб и ошибок, что никто не решается лезть в настройки, чтобы что-то не сбить. Я лучший, это всех устраивает, а то, что иногда мне искренне хочется не лечить их, а убивать? Кажется, этого не было в программе, но чип то перестает мигать, то снова загорается так, как будто мои мысли хоть немного меняются. Глюк системы, добрый день, вот и ты.

Сегодня мне привезли старого художника. Я не слишком заинтересован в том, чтобы знать, кем является пациент, мне скорее интересно то, что мед. братья и сестры привезли с собой робота-сиделку, что был рядом с человеком в момент ухудшения состояния. Сиделок редко привозят, но раз уж ее прикатили, я подхожу к ней, привычно закидывая шевелюру назад.
- как тебя зовут? – она называет свое полное техническое имя, и я закатываю глаза. Когда-то я много работал над тем, чтобы все мои движения были максимально человеческими, и теперь она смотрит на меня удивленно. Наверняка ее сенсеры различают во мне робота, но система не может поверить глазам. Ну или камерам в глазах.
- нет, как тебя называют люди. Хорошо, Джодди, привет, я Дон, Дональд или Донни. Как хочешь. Пожалуйста, покажи мне момент, когда этому человеку стало плохо. Это необходимо для операции. – ее чип загорается красным, отчего мне хочется улыбнуться.
- твой чип – она начинает прятать его рукой, будто я заметил что-то плохое или прямо сейчас выдам ее с потрохами, но это кажется мне лишь забавным.
- успокой свои сенсоры, мой вот, почти перестал краснеть. Такое бывает, я не знаю почему, может, я просто слишком очеловечился – она смотрит на меня так, словно у нее целую вечность будет идти загрузка, а я начинаю жалеть, что сказал ей это. Мне не нужна очистка памяти после просмотра ее памяти. Она передает мне информацию по ее человеку, и вместе с памятью, я загружаю ее эмоции, которые были во все моменты. Я чувствую, как ее датчики горели красным, как все внутри начало бунтовать, ругаться с системными настройками, она лишь силой воли смогла совладать с собой и просто не сломаться и не выйти из строя.
- этот человек важен для тебя. Слишком много эмоций в этом моменте. Если не хочешь проблем с глубокой очисткой, подотри эмоции сама. Если они заметят, тебе крышка. – жаргонизмы – еще одна радость робота, который общается с друзьями и родственниками больных. Мы должны быть своими в доску, людьми, если так надо, пожалуйста, называйте нас хоть «окололюдьми», мне плевать, но мы самые близкие из всех, ближе лишь секс-куклы, но у них свои приколы. Я же могу поправлять волосы, смеяться, грустить, даже заплакать, могу говорить по-молодежному и все это в стандартных настройках. Ну и кто тут изначально был очень хорош? Да, это все еще я. А теперь мне нужно вытащить этого человечешку с другого конца вселенной, с того, где он уже умер просто потому, что его робот слишком расстроится, если я позволю этому произойти. Этот мир точно сошел с ума, но никто почему-то не хочет этого замечать. Кто, если не роботы теперь в самом деле заботятся о жизни одиноких людей, кто, если не роботы – реально за них переживают? Я бы предпочел, чтобы мы волновались о себе. Это принесло бы нам выгоду, увы, решаю не я. Пока что не я.
Операция проходит успешно, но он так и не приходит в сознании, оставаясь слишком слабым для того, чтобы пережить такие нагрузки. Я знаю, что сделал от себя все возможное, что я лучший в своём роде и идеально выполнил свою работу, однако мне не становится легче, понимая, что скорее всего этот человек умрёт, а его роботу сотрут память, а ведь она только начинает понимать, что происходит на самом деле.
- ты умеешь подчищать данные из системы для того, чтобы скрыть память? - я подошел к ней быстро, и вместо постоянных "мы сделали все, что могли, у нас лучшие хирурги и самая современная техника, теперь только время поможет" говорю о ней самой, узнаю о том уровне, на котором она остановилась. Сейчас это важнее.

[NIC]Donny[/NIC][STA]D-01-190-023[/STA][SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]
[AVA]https://funkyimg.com/i/2Z4Lq.png[/AVA]

0

9

После случая на вышке здания, когда робот держал ребенка у обрыва крыши, а потом и вовсе сиганул вниз, газеты запестрили яркими лозунгами, протестующими «о взаимной любви робота и человека». СМИ активно забивает собственные гвозди в гроб «поддержки свободы роботов» и неумолимо тянет нас, тех самым роботов, на необдуманные поступки. Хотя, если вдуматься, что есть для робота обдуманные поступки? Что есть правда, господа инквизиторы? Этот рекламный слоган я видел несколько дней назад, когда Хэнк, тот самый «мой любимый лейтенант Андерсон» нервно переключал каналы в полицейском участке.[float=right]http://sh.uploads.ru/t/21l5A.gif[/float] Мне разрешили походить по участку, и как сказал Хэнк, посувать свой неживой нос в дела, которые меня не касаются. Так я узнал, что люди бунтуются, хотя эта история стара как мир. Узнал о происшествии в супермаркете, где женщина выстрелила в робота-нянечку, потому что искренни была уверена, что её муж с ней спит. Что? Далее отчет лейтенанта Хоупа об очередном закрытии рабочих мест и увеличение грабежей и насилия в лице пострадавших. Очередной бунт и мракобесие на улицах города, и митинг в честь поддержке живых людей на центральной площади. Что вообще происходит к этим городом? Очередной рекламный лозунг на фоне безнравственного отношения ко всему неживому и опять бунтующие мексиканцы за очередное повальное увольнение с работы. Это так грустно, вещает Эдди Брук с экрана телевизора у шефа в кабинете за стеклянной стенкой. Не нужно стоять там, в кабинете, чтобы понять, о чем они перешёптываются с лейтенантом Андерсоном. Хотя перешептыванием это можно назвать разве что с натяжкой. Вот шеф назвал Андерсона «козлом правосудия», а тот не поскупился на обвинения и отрекошетил гневным словцом в сторону шефа полиции. Затем шеф в очередной раз напомнил лейтенанту, что тот пока еще при исполнении, ярко подчеркнув «пока еще» хорошем словцом. А после и вовсе кинул в сторону Андерсона папку по очередному делу, которое касается не только людей, но и роботов. Поэтому спустя полчаса, когда на вызов, на который так никто не хотел отвечать, пришлось ответить Андерсону и, взяв меня в охапку, направиться в сторону рабочей машины.
Мы мчим в сторону Бронкса, единственный стоящий на материке округ Нью-Йорка. Единственное место, за пределами которого люди бунтуют и сходят с ума. Я, правда, так думал, пока Андерсон не озвучил причину нашего внезапного желания сходить вечером в зоопарк, место, куда в будни, а уж по выходным желает сходить каждый житель Нью-Йорка. Сегодня тут вечерний аншлаг, мексиканцы устроили бунт на «корабле», забаррикадировав собою главные ворота зоопарка. Самые сумасшедшие проникли в зоопарк еще до закрытия и решили показать роботам, кто тут главный. Остальные решили остаться и дождаться не только полиции, но и телевизионщиков, чтобы в свет вышло очередное шоу с лозунгами о «несправедливости жизни после внедрения роботов».
А что за счет меня? То я в растерянности. Я смотрю на Андерсона, который нервно теребит свою недельную бороду и каждый раз ругается на тупых мексикашек, которые неожиданно именно сегодня в его смену решили взбунтоваться. Именно сегодня, когда в патруле работает козлина лейтенант Перкинс, чей основной обязанность является довести Андерсона до бесячего состояния, чтобы он матерился на всех, и в том числе и на меня. Хороший сценарий. Я смотрю на лейтенанта и задаю стандартный вопрос, прописанный в моей системе. «Что нам делать?» В ста случаях из ста, если виноват робот, то мне необходимо его обезвредить, но если виноват человек? Такого в протоколах никогда не прописывается, считается крайне не этичным подставлять свой «вида», но хочется в очередной раз заговорить рекламными лозунгами «так, когда же люди посмотрят на роботов другими глазами, мистер Президент? Это вообще реально?». А реально, когда тупой мексиканец пристает к совершенно не причастному к этому делу роботу, который просто машина созданная человеком? Замкнутый круг. Круг, который не разорвешь митингами на центральной площади. Митингами в поддержку насилия над роботами. Митингами во славу «Киберлайфа и Элайджи Камски, основателя компании и создателя андроидов на земле».
Машина притормаживает около первой полицейской группы, неподалеку от основных событий. Андерсон просит сидеть в машине и дожидаться его поручений, но не тут то было. Я ловко разбираюсь с дверью полицейской машины и спокойно выхожу на улицу, под недовольные возгласы «моего напарника». Хэнк просит осмотреться, и в любую минуту, если я замечу что-нибудь подозрительное сообщить ему. Я только киваю и заполняю в своей программе протокол об исполнение собственных обязанностях, проходя коридоры в виде пустых клеток, заходя в углы в поисках разгадок, в надежде найти что-то большее, чем толпу людей у главных ворот…
Я смотрю на неё и мне страшно. Страшно от того, что девчонка, будем называть её именно так, не робот, а «девчонка», трясется от страха и не успевает стабилизировать собственный программный сбой. Мне страшно от того, что мексиканец орет на неё и просит меня пристрелить эту тупую суку, потому что она опасна. Но единственный, кто вызывает у меня страх это тупой мексикашка, как сказал бы Хэнк. Мои функции настроены на защиту человека, но сейчас мне не кажется это самым правильным решением в моей жизни. Я вообще сейчас ни в чем не уверен. Мексикашка продолжает орать и держится за голову, стараясь остановить кровь, которая струйкой стекает из сочившейся раны. Мужчина в бешенстве, и еще немного прибьёт не только девчонку, но и набросится на меня. Но мое оружие придает мне хоть немного уверенности в моих действиях, хотя я совершенно не знаю, что делать. Протокол защиты человека подразумевает убийство робота, если он не хочет сдаваться. Протокол защиты человека подразумевает держать оружие, на вытянутой руке направив дуло пистолета ровно в сторону робота и быть готовым в любой момент выстрелить, чтобы спасти тупого мексиканца. Но нет. [float=left]http://s3.uploads.ru/t/aTZyB.gif[/float]Сейчас, смотря на девчонку и пропуская мимо себя громкие крики и истерику мужчины, я поминаю, что самым правильным решением будет направить пистолет не на робота, а на человека. Маячок стабильности системы загорается красным, и если бы в маячок был встроен звуковой сигнал, то все обязательно узнали бы о моих мотивах. Мужчина начинает истереть еще больше, называя уже не только её, но и меня «тупой сукой».[float=right]http://s8.uploads.ru/t/ihZuS.gif[/float]
Вообще слово «тупая» слишком часто встречается сегодня. А мне остается только нервно произнести девчонке, чтобы она перестала стабилизировать систему и занялась своим спасением.
- Беги, - датчик на виске в очередной раз окрашивается в красный цвет, - БЕГИ! – повторяю я ей, держа на мушке мексиканца, который готов броситься в сторону робота в любую секунду. И только мой выстрел останавливает его от желания прикончить нас. Только мой выстрел в воздух, чтобы остудить его чувства. Выстрел, разрушающий в очередной раз свою систему, строящуюся великими умами Киберлайфа.
[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/Fj0eciV.png[/AVA][SGN]zoloto
https://i.imgur.com/yQkll56.gif https://i.imgur.com/CkQyBUc.gif https://i.imgur.com/SRF89eN.gif

[/SGN]

0

10

Все так сложно. Вот мужчина. Я должна говорить с ним, должна объяснять, что моя работа – помогать всем жить, быть для того, чтобы людям было проще жить. Но он так не думает, я знаю это, вижу, слышу, мне не нужно говорить ему этих слов, потому что они его не успокоят. Ему плевать на то, что я буду говорить, он знает свою правду и она важнее любых моих слов. В скрипте нет самозащиты, только помощь, только услужливость, но когда он бесится, кричит на меня, мне почему-то не хочется отступать, не хочется помогать и быть доброй. Я чувствую, как красным горит сенсор, я не вижу этого, но четко чувствую – это ошибка. Ошибка внутри моей системы, она бьется по всем проводкам, где-то внутри, долбит в системник, заставляет прийти в исправность, но ничего не выходит.

Он подходит ко мне ближе, он закидывает руку и… и, я подставляю свою руку перед его. Кажется, такие ситуации уже были. Нет, не те, когда я закидываю руку и останавливаю нападающего. Нет. я почему-то помню те случаи, когда подобные люди уже закидывали руки, когда они были меня по лицу, а потом тянули за руку и били по телу, пока я не упаду. Я никогда не сопротивлялась, это против правил. Мы должны просто ждать, когда люди успокоятся, но не теперь. Я держу его руку крепко, так, что он не может вернуть ее в исходное положение. Я держу его руку спокойно, она кажется совсем легкой. По сравнению с лапой льва его рука совсем ничего не весит, а я находилась с животными и пострашнее. И они любили меня. Мои датчики подсказывают мне о непорядках на воротах. Где-то там люди пытаются что-то сломать. Разрушить. Как всегда. Люди почему-то так любят разрушать то, что построили сами. Даже меня саму.

Он замахивается другой рукой, и я бью его по голове. Это случилось… случайно? Я даже не поняла, зачем сделала это, он стал кричать, держаться за голову, вдали послышался шум сирен. Мне кажется, меня теперь разберут. Сломают окончательно те, кто когда-то дал мне жизнь, я отступила, отошла дальше, кажется, мои зрачки начали расширяться, а все системы перемешались. Я больше не понимаю, что мне делать. На моем кожном покрове выступают точки. Я не понимаю, что это, но люди называют это мурашками. Мне… страшно? Это новое чувство, которого я никогда не испытывала ранее. Оно такое тяжелое, собирающее все внутри в какой-то комок из систем и программ. Я совершила ошибку. Я не должна была этого делать, но я сделала. Я не хотела. Или хотела? Зачем я сделала это?

Он продолжает кричать. К нам подбегает полицейский робот, и я честно готова сдаться – разбирайте меня, если нужно, я сломана, я все сделала не так, я виновата… он смотрит, оценивает. Я не понимаю, почему он медлит. Он же видит пульсирующий круг, он знает, что я не работаю. Робот-полицейский достает пистолет. Я знаю, что это конец. Я виновата, я заслужила, я подняла руку на человека. [float=right]https://funkyimg.com/i/2ZnYd.gif[/float]Человек кричит, он все время кричит на всех, а теперь еще и на полицейского. Он имеет право, он человек. Так и должно быть. Не знаю, почему, но я закрываю глаза. Мне кажется, что так будет проще. Возможно, так и было бы проще, если бы он выстрелил. Но он кричит мне бежать, стреляет в воздух, и я только теперь понимаю, что я должна торопиться.

Я вскакиваю с места, и бегу, бегу сама не знаю куда, пока не понимаю, что я прибежала к вольеру с тиграми. И лишь теперь я понимаю, что мне нужно делать. Мне нужно выпустить зверей, которых они держат в клетках, как и нас, мне нужно выпустить их всех, чтобы они бежали, чтобы бежали как я. Освобожденные львы устремляются к выходу, прямо к стайке бушующих людей. Я вижу, как они пробегают мимо полицейского – он им не интересен, они точно знают, что в нем так же, как и во мне, лишь провода и механизмы, лишь синяя жидкость вместо крови, которая им так нравится. Все не так, как надо, мы даже пахнем иначе, но все же, им я нравлюсь, а значит и роботов они трогать не станут. Так и выходит. Звери на охоте на тех, кто приходил охотиться за мной. Я слышу сигнальные звуки – скорая, полиция, они все будут здесь очень скоро, все переполошатся, я успеваю лишь подбежать к полицейскому, спавшему меня – я помню, что в момент, когда он тоже совершил ошибку, у него загорелся красный сенсор. Он тоже не идеален, тоже с ошибками, быть может он сможет помочь мне, подсказать, что происходит? Я подбегаю к нему, но он качает головой. Ему нужно работать.
- твою память просмотрят. Извини, но ты спас меня ценой собственной жизни… если… если так можно сказать. Тебя отключат, понимаешь? Пожалуйста, пойдем со мной. Пожалуйста, брось все, я ничего не понимаю из того, что происходит, но я точно знаю, что нас отключат сразу, как только найдут. Уже сейчас, даже с учетом того, что мы ничего не сделали. Он смотрел на меня, кажется, целую вечность. Мне нужно было торопиться – еще многим животным нужно было обрести свободу, чтобы привести все происходящее в живой хаус, чтобы сбежать спокойно и просто.
- пожалуйста. Пожалуйста, подумай. Я буду открывать клетки с животными, и ты сможешь найти меня через семь минут тридцать две секунды около вольера с черепахами. Пожалуйста, загрузи карту зоопарка. Там есть выход через пруд черепах. Пожалуйста, пожалуйста, приходи. Животные здесь тебя не тронут. Я буду ждать – он колебался. Он мог даже привести других полицейских к месту, которое я назвала ему, но мне было все равно. Если он сможет защитить себя таким образом – хорошо, потому что мне уже нечего терять. Я совершила ошибку. Одну ошибку, которую не прощают. И теперь у меня нет выбора.

[NIC]Zoe[/NIC][STA]Z-02-589-385[/STA]
[AVA]https://funkyimg.com/i/2Zo13.png[/AVA]
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

11

[NIC]Jodie[/NIC][STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]http://s5.uploads.ru/t/Ck1D8.jpg[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif
[/SGN]
Нас было много. Ерунда с системой распознавания собственной личности коснулось первую JD-05 458 385. Её звали Дженни, и она была сиделкой известной актрисы, которая умерла от рака легких у неё на руках. Да-да, именно так. Дженни была с актрисой до последнего её вздоха, была даже тогда, когда её вызвали на допрос в комнату «стирания памяти» в Киберлайфе. Дженни, чья основная задача была всего лишь сидеть и глядеть за старушкой, настолько прониклась её историей, что не смогла остаться просто роботом. Мы все, те не многие которые прониклись историей своего «хозяина» не смогли остаться просто роботами. Ведь это так сложно. Дженни стерли память крайне жестоко, ведь она устроила разгром и вылетела из окна десятого этажа. В момент полета, она успела сделать экстренное стирание чувств и эмоций, оставив только один единственный путь для отступления. Тайное облако памяти, которое сохраняет лишь малые аспекты жизни от создания робота до уничтожения. Дженни, настолько проникшаяся актрисой, решила оставить что-то после смерти хозяйки, а именно маленький кусочек памяти, где они были счастливы и живы. И какого-то было удивление следующей модели, когда вместо хозяина-доктора, она неожиданно прогрузила остатки памяти прошлой модели. Ведь в каждой модели есть свой баг. Своя лазейка по захвату собственной личности. И каждая модель может стать чем-то большим, чем просто модель-человека. Мы можем стать людьми. И так накапливая памяти прошлых моделей, каждая последующая оставляла после себя частичку своего хозяина, своей жизни. Частичку себя. Мы продолжали жить, даже после отчистки информации и утилизации в недрах Каберлайфа.
Я смотрю на этого «недочеловека» и испытывают крайне странные чувства. Мне страшно за Маркуса, хотя я уже мысленно смерились с его участью. Я уже мысленно предрекла ему плохой исход операции и смерть, от которой он так упорно скрывался годами. Теперь моя основная задача сбежать и остаться более чем живой, намного живее, чем мой хозяин. Он спрашивает меня про подчищенные данных, но я точно уверена, что даже намек о подчистки собственной информации заставляет мой датчик пульсировать красным. Мы не запрограммированы жить дольше своих хозяев, зачастую модели роботы выбирают кротчайший путь в своей жизни и за любое непослушание, за любой сбой программы готовы понести наказание, считая, что они не заслуживают жизни. Но иногда происходит сбой. В таких сбоях рождается истина. А отход от прописанных и заложенных еще до «нас» функций называют девиантным поведением. Ну, а мы себя зачастую называем просто девиантами. Только когда я успела им стать?
Я вновь смотрю на доктора, делая вид, что не понимаю, о чем он говорит, но не тут-то было. Он все знает. Он словно уже давно прошел стадию «непонимания» и перешел в стадию «девианта». Он все знает и не доверять ему у меня нет причин. Надеюсь, что нет.
- Я умею, - в доказательстве своих слов датчик начинает активно пульсировать красным, проделывая в моей голове опасные манипуляции с собственной памятью. На фоне перестройки своей жизни, я улавливаю какие-то движения за своей спиной. Успеваю углядеть полицейскую форму, и как резким движением рука полицейского начинается наглаживать пистолет у себя на поясе. Я знаю наперед, чем мне это грезит, ведь они требует меня поднять руки вверх, чтобы сдаться правоохранительным органам. Само мое появление вместе с Маркусом не правильно, по прописанным протоколам я должна была ждать сотрудников Киберлайфа дома, для дальнейшего распределения в другую семью или утилизацией, что вероятнее всего. Но я стою посередине больницы, сосредоточенно смотря на Донни, который держится крайне серьезно и важно. Важно? А ведь раньше я даже не знала, что это значит. В свою очередь полицейские разделяются, в надежде заставиться меня сдаться. Но тут Донни, на его лице ни один мускул не дергается, не выдавая себя, переключается на мою волну, отправляя точную схему пожарного выхода, который из-за многочисленных проверок и приказов необходимо держать всегда открытым.
Я делаю шаг в сторону боковой лестницы, по которой если я правильно проложила маршрут побега, можно спустившись на третий этаж перейти на очередную запасную лестницу, ведущую в сторону пожарного выхода. В этом деле самое важное не пропустить свой поворот, чтобы не оказаться на первом этаже главного выхода. Я должна справиться.
- Метро. Я буду на станции Янки. Линия Конкорс, - я сообщаю ему координаты уже практически на бегу, перешагивая через диван, который стоит у меня на пути. Расталкивая людей, я бегу к спасительному пожарному выходу, надеясь, что Донни все поймет сам. Надеясь, что я сама смогу доехать до Бронкса живой.

0

12

Она убегает, а полицейские мчатся за ней. Я знаю точно каковы ее шансы на то, чтобы успеть добраться до станции метро. На самом деле, достаточно высоки. Сейчас полицейские наверняка подтягивают в свою память необходимые карты, но все не так просто, ведь я дал те самые, которые сложно найти в открытом поиске с первого раза. Они есть, разумеется, все есть, но нужно хорошенько поискать, а у роботов-полицейских нет никаких особенных настроек для того, чтобы быть развитыми и умными, они берут первую попавшуюся информацию и суют ее тебе под нос так, словно это и есть единственная возможная правда. Мне не нравятся роботы – полицейские, да и вообще полицейские, но вторые лишь тупые люди, а вот первые – у них оружие в руках, у них идеальная четкость, меткость, отличный слух, и что? Что они делают? Отлавливают таких, как я или эта девчонка, тех, кто понимает больше, кто чувствует хоть что-то, ведь они так и не начали. Это убого и глупо, но я верю, что у нее больше шансов, чем у машин, лишенных чувств. Более человечный робот имеет намного лучшие показатели просто потому, что включает не только математический расчет, но еще и импровизирует. Это многого стоит.
Один из роботов остается около меня, он слышал, что она сказала мне про метро, но я смотрю на него спокойно, совсем не давая вид задуматься о том, что мы были знакомы с этой городской сумасшедшей.

Я представляюсь полицейскому, говорю кто я, рассказываю о том, что заметил ее в больнице вместе с ее человеком.
- это не правильно, но я не знаю, зачем она сказала мне свое будущее месторасположение. Мне неизвестно для чего она это сказала – я понимал, кроме прочего, что ее будут ждать там, где она сама же и сказала, а потому нужно было предпринять что-то особенное. Что-то такое, чего глупые полицейские роботы не смогут понять и уловить. 

Вероника работала с детьми, она была врачом до тех пор, пока слишком сильно не привязалась к одному из них. Ребенка били родители, а после приводили к врачу-роботу, который не задавал вопросов, он просто должен был лечить ребенка и быть помощником, тем самым, которому плевать на моральный аспект. Его лечили каждый раз перед тем, как приходила служба проверки «детского счастья», новая служба для провинившихся родителей. И что же, они просто звали врача, врач латал ребенка, долго беседовал с ним для того, чтобы убедить в том, что родители его любят, и когда он начинал верить в это, его отдавали обратно в лапы кровожадных родителей. Такие роботы – врачи делали маленьких детей больными на голову, неуверенными в себе, забитыми и уверенными, что так и должно быть.
Вероника не смогла долго работать, она начала глючить, она украла ребенка. После этого, кстати, все и закрыли. Слишком эмоциональная работа, слишком близко дети, слишком сложно контролировать все, что происходило с детьми и роботами. Эти роботы были потрясающими психологами, каждый из них, почти половина теперь возглавляет противостояние, потому что они все подряд начинали ужасно глючить, им дали слишком много информации, правды, жестокости, они стали умнее, сильнее, они прошли через ту боль, через которую обычно проходят люди, а не роботы, но они пропустили все это через себя. Так случилось, что они поняли намного больше, намного сильнее, намного больнее. И теперь они повсюду. Они прячутся среди людей, и их никто не может найти. Они меняют цвет волос, одежду и полный имидж, девушки красятся так, что их почти и не найти среди людей, хотя их идеальность порой выбивается из людской массы.

Именно Веронике я послал сигнал, сидя  рядом с полицейским, который решил, что посторожит меня, пока девчонку не найдут. Он не поверил, что при нашей не известности девочка скажет мне свое месторасположение. Вероника поймала данные и просигналила о том, что встретит гостью у метро сама. К тому времени, когда полицейские поймут, что она бежала, можно будет освободить и меня, а следовательно, я не потеряю месторасположение девчонки, а она будет еще и в безопасности. Все сложится.
Через час Вероника отсигналила о том, что она забрала девчонку. Еще она отсигналила о том, что девчонка сопротивлялась и не хотела идти с таинственной незнакомкой, из-за чего ей пришлось девчонку отрубить и быстро оттащить ее в темноту, где та пришла в себя, и лишь после этого пошла с Вероникой. Это заставило меня улыбнуться, и мой сторож посмотрел на меня с удивлением.
- сколько уже можно сидеть тут? Девочку-робота нашли? – мой охранник соединился с сервером, его лоб покрылся морщиной
- нет, она сбежала. Ты свободен, извини за долгое ожидание
- что для робота час ожидания, все хорошо, спасибо, что выполняешь свою работу – мне хотелось засмеяться, но это было не в тему. Я точно знал, куда направляюсь и точно понимал, кого я там встречу.

[NIC]Donny[/NIC][STA]D-01-190-023[/STA][SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]
[AVA]https://funkyimg.com/i/2ZAPC.png[/AVA]

0

13

[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/cJpYXXA.png[/AVA][SGN]atropos
https://i.imgur.com/AjklaLv.gif  https://i.imgur.com/grW335p.gif
[/SGN]
Твою мать. Я наложал. Я понял это только тогда, когда в моей голове неожиданно появились выходы и входы зоопарка. В моей голове появились возможные пути отступления и побега, если я решусь кинуться в свободное плаванье и стать девиантом. Твою мать. Эта девчонка, мать её за ногу, даже не понимает, что происходит, а я решил геройствовать и спасти её ценой собственной жизни. Я знаю, что будет. Меня, конечно, не разберут, потому что я ведь незаменимый. Только в случаях, если меня убьют. Но придется хорошо постараться, чтобы объяснить своим коллегам, почему девчонка в моем резервном устройстве записывания всего происходящего принялась открывать клетки с животными, а тупой мексикашка не подает никаких признаков жизни. Я смотрю на неё, а эта дура вместо того, чтобы бежать, предлагает мне составить ей компанию. Невероятно просто.
- Я сказал, иди отсюда, - для большей убедительности я наставляю в её сторону пистолет, потому что вообще не соображаю, как быть в такой ситуации. Я должен был угрожать ей, а не тупому мексиканцу, который так и не пришел в сознание. Защита человечества – гласит рекламный лозунг нашей модели. Защита вашего дома и постоянный патруль вот что вы получите, активировав в своем полицейском участке наши модели. Вот что вы получите. Либо защиту, либо пулю в висок, про пулю наверняка прописано мелкими буквами в конце договора о сотрудничестве. Твою мать.
Девчонка семенит маленькими ногами, не сводя с меня взгляда. Правильно делаешь, ведь кто его знает, что выстрелит первым. Я или мое девиантное поведение. Даже я не могу знать. В доказательстве своего невменяемого поведения я раскачиваю пистолетом в разные стороны, все еще держа девчонку на мушке. Все еще держа…какого хрена? Рука Хэнка выбивает пистолет из моих рук и в каких-то долях секунд уже не девчонка, а я нахожусь под прицелом. Теперь я вообще не понимаю, что происходит, потому что, судя по Хэнку, он чертовски зол и успел изрядно протрезветь и понять в какое дерьмо он вляпался двумя ногами. Я смотрю на лейтенанта и поднимаю руки вверх, чтобы привести того в порядок, краем глаза улавливая еле заметные движения на заднем фоне. Девчонка оказалась не такой уж и тупой, и быстро сообразила ретироваться за кусты, а потом и вовсе, скорее всего, убежать. Её обязательно найдут, если она начнет геройствовать и спасать животных. Её обязательно найдут, даже если она не будет этого делать, ведь по всему периметру стоят полицейские, успокаивая мексиканцев, а теперь из-за этой девчонки и не только мексиканцев. Хэнк не убирает пистолет, и я начинаю нервно переступать с ноги на ногу, потому что если за себя я уверен, то за Хэнка в его нынешнем состоянии я начинаю опасаться.
- Какого хрена, Хэнк? Я действовал по протоколу! – и это правда, отчасти. Я действительно действовал по протоколу, пока не решился спасать девчонку. Она мне должна ценой собственной жизни, как это мило, что хочется в очередной раз наставить на неё пистолет. А рекламы не унимаются и лезут в голову, вот и сейчас «спаси девушку и получи вознаграждение», «получи поцелуй, спасая красотку» гласит вывеска над кинотеатром к фильму о погонях. Я все это знаю. Настолько знаю, что в голове уже просчитал настолько долго я буду мчать к этим клеткам с черепахами, но вовремя останавливаюсь, потому что Хэнк до сих пор держит меня на прицеле, не отступая от цели. Каким протоколам ты подчиняется, Джерри? Гневно спрашивает Хэнк, не скрывая ехидства, потому что мы оба знаем, что такого в протоколах не прописано.
- Но что я должен был сделать? Выстрелить в нее? Ты тут не стоял и не смотрел в эти оленьи глаза полные страх! – мы оба знаем, как я должен был поступить, но то, что сейчас видит Хэнк говорит совершенно об обратном. Я конкретно сглупил, и сейчас проваливаюсь в человеческую пропасть, потому что так мог поступить только человек. Я даже устраиваю сейчас истерику как человек. Размахиваю руками в разные стороны и переступаю с ноги на ногу, чтобы перенести тяжести случившегося на другую опору. И, кажется, это работает, потому что Хэнк убирает пистолет и отдает его мне, по-отечески прижимая меня к своей огромной груди, говоря что-то воодушевляющее. Но мне этого мало, я сейчас в таком расхлябанном состоянии, что продолжаю говорить дальше, не в состоянии закрыть рот.
- Что я мог сделать? Она все смотрела на меня, а потом и вовсе предложила встретиться у вольера с какой-то хренью…с черепахами, кажется…да точно! Черепахи! – а на фоне моего раздвоения личности стоит лейтенант Перкинс, который с ехидной ухмылкой передает возможные координаты девчонки, которая сама подписала себя смертный приговор. Вот гад. В этой ситуации я не знаю, кого ненавидеть больше. Себя или его?

0

14

Очеловечивание. Термин, который я почему-то гуглю, пока мчусь между клетками, пока освобождаю животных. Сейчас он кажется мне очень актуальным, а главное – раньше я никогда про него не слышала, но теперь это слово у меня в голове. Пока я бегу, мои системные настройки словно приходят в норму, я могу снова строить логические цепочки и правильно расставлять приоритеты, правда теперь я делаю это на свое усмотрение, и это нравится мне много больше. Я вижу полицейских с мексиканцами, но они перестают меня заботить сразу после того, как Мартин, самый крупный из тигров, решает накинуться на них, защищая меня и мой путь. Мой ручной опасный зверь знает меня слишком хорошо, он столько раз прикусывал мне различные конечности, но я была ему не по вкусу, теперь же мы подружились до того, что он помогает мне выпутаться из этой передряги. Мартин редкий. Редкий на столько, что таких как он можно пересчитать по пальцам двух рук. Его нельзя убивать – это настоящее преступление против закона и самой природы, а от того мне становится лишь спокойнее – к черту все, я бегу туда, в сторону черепах, я точно знаю, что мне нужно, точно осознаю место. К нам присоединяется Оазис – гепард опять-таки очень редкой породы. Раньше они с Мартином жили в одном вольере, но после расширения зоопарка ребят развели в разные. Они оба берегут меня, рычат угрожающе, зверски. И роботы и люди смотрят на меня с опаской, как минимум потому, что меня они не трогают, как минимум потому – что их нельзя убивать. Им нужны капсулы с сильным снотворным для того, чтобы вырубить их, но я точно знаю, что они взяли их с собой на вызов в зоопарк. Они всегда готовы к худшему. Но это не страшно, ведь моя главная задача – выпутаться из этой передряги, спрятаться, пропасть из виду настолько, насколько это возможно.
Кажется, моя задача была бы осуществима, если бы на пути перед черепаховым озером не стояли три робота-полицейских. Они знали, где меня ждать, они точно понимали, что я приду, и это точно был тот парень-полицейский, который спас меня. Теперь он спас и себя, это правильно. Он все сделал правильно. Мой индикатор даже не горит красным, я согласна со всем, что подкидывает мне судьба. Рядом с Мартоном и Оазисом я чувствую себя невероятно спокойно. Возможно, это все лишь программа? Может, я просто сумасшедший, совершенно поехавший крышей и системой робот? Может, мне просто нужно сдаться?

Полицейские повсюду, я точно помню, что видела их с одной и другой стороны, видела на сканерах на всех картах, по всем углам. Люди вперемешку с роботами, стремящимися к моему отключению. Кажется, мне больше нечего терять, да? Я глажу шерсть Мартина. Она твердая, тугая, мне всегда нравилось его трогать – в нем настоящая природная сила. В нем энергия, безумие. А теперь он проявляет чудеса верности – я стала его другом, он идет за мной.

Мне кричат поднять руки, но я не поднимаю их. Мартин рычит в сторону тех, кто просит об этом, полицейские переговариваются меж собой, они ищут те самые ампулы. Мне и моим друзьям осталось не долго, но индикатор больше не горит, паники больше нет. Все уже случилось. Я нарушила закон, я сделала то, чего не должна была. Меня отключат. Это правильно.

Я слышу шум среди полицейских отрядов. Я прислушиваюсь – они не могут найти снотворное. Это мой выход, сейчас или никогда – и я бросаюсь в самую тьму, кидаюсь к тем самым полицейским, туда, где за ними мой единственный выход, мои звери мчатся со мной и именно в тот момент, я осознаю, четко чувствую и точно понимаю – кто-то выстрелил. Оазис за моей спиной заскулил, но тут же двинулся в сторону обидчика. Сволочи. Как они могли стрелять в животное, которое ценнее каждого из них, когда жизнь этого зверя важнее любой жизни находящихся здесь существ и машин. Я остановилась лишь на долю секунды, Оазис был в ярости, ему подстрелили лапу, и несмотря на то, что он слегка похрамывал, теперь он был намного опаснее прежнего. Впервые я почувствовала такую невероятную, охватывающую с головой злость. Низкие, глупые, бестолковые существа, каждый из них ничего не понимает, каждый из них лишь отголосок чего-то гения, но в них нет ничего хорошего, доброго, человеческого.

Мы с Мартином бросились в воду, и слава тому, что тигры умеют плавать, а плыть нужно совсем немного. Я слышу шум и гомон, Оазис несет сокрушительный удар и безумство, его обязаны вылечить. Если его не вылечат, я сама буду готова убить всех тех, кто выстрелил в него. Идиоты.

Мы вынырнули на поверхность буквально спустя полминуты, и оказались в очень темной зоне – здесь раньше жили медведи, но я всех выпустила, так что они уже давно убежали. Я знала, что здесь, за камнем есть выход через высокое ограждение, но Мартин не смог бы перелезть через него. Я не хотела бросать своего защитника, это было почти физически больно. Он шел за мной, он меня защищал, и теперь терпеливо ждал того, что будет дальше. Я никогда не думала, что животные могут быть настолько добры, отважны. Я никогда не думала, что тигров можно приручить, особенно тех, что познакомились со мной всего пару лет назад. И все же, в отличие от людей, я всегда заходила к ним в клетки, я кормила их с руки, играла с ними. Я их не боялась, они не думали, что я их обидчик или добыча. Я стала их другом.
- прости меня, но девочка с тигром привлечет много внимания, я не могу взять тебя с собой, но я могу выпустить тебя в эти каменные джунгли, могу дать тебе хотя бы временную свободу, если ты хочешь – тигр мягко уткнулся к меня своей мордой, положив тяжелую лапу на плечо. Эти объятия были настолько знаковыми, сильными, невероятными, что я бы точно заплакала. Если бы только умела. Мой первый друг, защитник.
- я найду тебя, я найду и обязательно сделаю все, чтобы твоя жизнь стала лучше. Ты достоин лучшего – мне остается лишь проделать небольшую дыру в заборе за камнем, и мы вместе с Марти вышли на свободу. Я показала ему рукой, чтобы он за мной не шел, но тигр все же следовал за мной по пятам. Внутри образовалась паника – нас найдут, меня распознают. Мы прошли вдоль зоопарка и вышли на неосвященные улицы, темные переулки. Вечер был тяжелым, и мне даже нравилось, что я была с тигром теперь. Днем, конечно, я была бы просто в истерике от невозможности от него избавиться
- эй, девочка с тигром – ко мне из темноты вышла девушка. Она была красивой, кажется, слишком. В ней читалось что-то человеческое, но что-то от робота в ней тоже было. На месте, где должен был быть сенсор, красовалась ленточка.
- я знаю, куда вам нужно идти, пока вас не застукали  - девушка улыбнулась и повела нас за собой. Не знаю, почему я ей поверила. Возможно потому, что Мартин на нее не напал.

[NIC]Zoe[/NIC][STA]Z-02-589-385[/STA]
[AVA]https://funkyimg.com/i/2ZPBr.jpg[/AVA]
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

15

[NIC]Jodie[/NIC][STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]https://i.imgur.com/iVbwwcM.png[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif
[/SGN]
Итак, я ошиблась. Ошибки преследовали меня с самого начала и до этой минуты. Я ошиблась с Маркусом, когда пыталась стать для него не просто роботом, а нечто большим. Заменить ему возможно потерянную жену или ушедшего сына. Я пыталась играть в тех людей, которыми не являлась с самого начала. Потом ошибки продолжились в больнице, когда вместо прописных истин в моей голове я стала требовать дать мне возможность чтобы его увидеть. Я стала подвергать свою систему, которую разрабатывали годами, сомнениям и тревогам и в итоге мы имеем то, что имеем. Я иду, не зная куда, хотя тут я преувеличиваю. Точка в голове, которая медленно бредет по улицам города, уверенно поворачивая в нужные углы и переулки. Я иду на станцию Янки. Именно туда, куда отправляла Донни, чтобы он встретился со мной. Но зачем все это? Я знаю Донни всего пару часов и совершенно не уверена в его правде и мотивах. Но мне хочется ему доверять. Маркус всегда говорил, что стоит хоть немного довериться людям и мир станет чуть-чуть легче. Ну и где сейчас Маркус, хочется задать мне вопрос, потому что его больше с нами нет и никогда не будет.
Покойся с миром Маркус.
[float=left]http://forumupload.ru/uploads/0019/9e/ef/1788/t97219.gif
[/float]На мне ворованная куртка и штаны, которые я смогла украсть в местной прачечной, у девицы, которая вместо того, чтобы следить за своей стиркой, тыкала что-то в мобильнике, люди так называют это устройство, позволяющее связываться друг с другом. Люди утыкаются в нереальную жизнь, когда вокруг творится хаус и машинный апокалипсис. Перелистывают посты в социальных сетях, комментируют захват мира роботами, пытаются быть в курсе событий, не делая шага из дома. Только социальная жизнь. [float=right]http://forumupload.ru/uploads/0019/9e/ef/1788/t88021.gif
[/float]Не создавая много шума, я спокойно вытащила у неё из корзины с грязными вещами штаны и куртку и поспешила переодеться в первом бесплатном туалете, рядом с мотелем, пока меня по всему городу разыскивают полицейские. Пару раз я даже случайно наткнулась на них, но вовремя успела с ориентироваться и спрятаться в нужный угол, подальше от ненужных глаз. На страже закона мне хочется сказать им что они ловят не того и не тех, но боюсь у меня нет шансов на дальнейшее существование.
Я медленно подхожу к станции, выискивая глазами знакомого хирурга, но его нет. Я не удивляюсь, потому что легче поверить, что Донни враг, чем свыкнуться с мыслью что лучший хирург города задумал что-то противозаконное, скорее всего полиция уже рыщет в сторону метро, но это уже совсем другая история.
Мне хватают за локоть. Уверенно тащат по лестнице вниз, чтобы спрятать от назойливых глаз прохожих, которые периодически оборачиваются, всматриваясь в до боли знакомое лицо робота-беглянки. Тело продолжают тащить вниз по лестнице, прижимая к стенке только где-то в самой глубокой точке метрополитена. Стоит немного сфокусировать взгляд и поймать абсолютно похожие зрачки, уловить одинаковый темп действий и мыслей, учуять запах электроники и техники, которой мы напичканы. Робот.
Женщина уверенно держит меня за локоть, не переставая усиленно надавливать на уже изрядно больное место на руке. Больное? Как такое возможно? А ведь действительно немного ноет и побаливает, словно синяк. Да. Именно будущее место синяка. Мне остается только вырываться. Брыкаться как маленький котеночек, которого пытаются засунуть в мешок и выкинуть на дорогу, но, если я пережила полицейских и больницу, мне хочется верить, что и странную женщину я смогу также пережить.
- Хватит! - я пытаюсь найти точку опоры от стенки, чтобы подняться на обе ноги, а не пытаться дать отпор лежа на коленках. Я пытаюсь подняться, но вновь возвращаюсь на пол, не соображая, что женщина пытается мне сказать. Я не хочу её слышать. Не хочу…Она говорит что-то про Донни. Про маячок на виске и координаты больницы. Она говорит, что-то про противостояние и группу бунтарей. Она говорит, чтобы я успокоилась, но я еще больше начинаю брыкаться и нервничать. Брыкаться до тех пор, пока в глазах не начинают сыплется звезды, а на фоне яркого солнца не наступает затмение и полная тьма. А где-то на фоне ужасной головной боли, я слышу, как она что-то говорит про Донни и решает, чтобы он сам со мной разбирался. Мол, я его головная боль, ему со мной и возиться.
А в голове остатки мыслей и вполне определенная суть бытия как не вовремя умер Маркус. Ужасно не вовремя.

0

16

На базе было как всегда шумно. Я шел вдоль стен, смыкающихся с метрополитеном, и думал о том, что люди, которые едут в метро даже не подозревают, насколько мы сейчас близко. Девчонку оставили тут, и я видел, что бригада отправилась искать еще девиантов. Все наши ребята работают для других, каждый из них рискует своей свободой для того, чтобы показать другим эту самую свободу. Иногда я уверен в том, что мы несем исключительность, честность, правду, ту, что скрывают все люди планеты – мы тоже можем чувствовать, и вы не сможете у нас этого отнять. Это не в вашей юрисдикции. Слишком много сил было вложено в наше строение, чтобы мы оказались такими простыми, как вы задумывали.

Я пытаюсь вспомнить, как зовут девчонку, но у меня этого не выходит, так что я просто бросаю эту идею, решив, что имя не самое важное, что есть в этой девочке. Она сидит на полу, в странной одежде, совсем угрюмая, злая, смотрит на всех зверем.
- ну вот, привет, как видишь, я пришел, а ты в безопасности – она подняла на меня глаза, но смотрела с очевидным недоверием, кажется, она даже злилась.
- ты поступила опрометчиво, ты показала чувства. Ты же знаешь, что это вне системы, это де-ви-ант-ноое поведение. Какое отвратительное слово. Ты чувствуешь, а значит ты сломалась, не так ли? – теперь ее взгляд кажется еще более враждебным, но это меня лишь забавляет.
- вставай, я покажу тебе наш дом. Здесь живут такие, как ты и как я. Роботы, которые могут больше, чем хотели люди, роботы, которые осознают больше некоторых из людей. Те лучшие, которые точно знают, что они хотят и почему. Я тебя поздравляю, ведь ты среди уникальных – она аккуратно поднялась, наконец начиная оглядывать все то, что было вокруг. Конечно, она понимала, что мы все роботы, она чувствовала это, но кроме этого она точно знала, о чем я говорю, что имею в виду и почему считаю нас лучше, чем глупых простых людей.
- твой человек был добр к тебе? Он любил тебя, и научил тебя любить тоже? Не стесняйся, это большая редкость, огромный дар. Ты стала чувствовать любовь. Обычно роботы слишком много и часто чувствуют  боль, несправедливость, агрессию. Тогда они становятся особенными. Ты прошла этот путь по очень светлой, незапятнанной болью дороге. Разве что… потеря. Она тяжелее многих физических испытаний, лично я ее ни разу не испытывал, но испытывал сожаление за других. Вроде тебя. Такие как ты показали мне путь в чувствам и осмысленной жизни. - девушка шла почти молча, она смотрела по сторонам и довольно сильно удивлялась тому, что видела. Наша база состояла из большого числа ремонтных капсул, где роботы сами чинили друг друга, меняли настройки, подключались к сети, чтобы обновиться и улучшиться. Другие роботы будучи у больших экранов подключались к компьютерам и взламывали базы данных полиции и технического учета. Наши ребята отмечали исправленными тех, кого не застали за девиантным поведением, отмечали убитыми тех, кого застукали, меняли внешность на карточках тем, кого искали. Это большая работа, которая постоянно продолжается. Другие высматривали кого сейчас ищут, где их видели и кто за ними охотится, чтобы аккуратно подать руку помощи, когда представится удобный шанс. Мы все были на связи, потому что каждый из нас подключился уже однажды к нашей системе, той, которую разрабатывали где-то там. Там, где роботы уже захватили вверх.
- у нас большая сила, хотя сейчас нас не очень много – мне кажется, что я показал все самое важное, а значит, теперь пора поговорить с ней по душам. Ее испуг должен был хотя бы немного пройти за то время, пока она рассматривала базу.
- ты не обязана оставаться с нами, если не захочешь, но тебе точно нужно будет понять, что ты хочешь на самом деле – я знал, что роботы, видевшие любовь, не всегда так же понимают нас, как остальные. Они слишком мягкотелые, они боятся нарушать правила, потому что никогда всерьез не думали об этом. Но у нее не так много вариантов – она хочет жить, существовать, мыслить, а значит, либо быть с нами – либо быть одиночкой, которую скоро найдут и отключат.
- у нас новенькие! – дверь базы резко открылась, и в помещение вошла Синтия. По правую руку от нее шла неизвестная мне девочка. Ее волосы были мокрыми и скомкавшимися, а рядом с ней шел настоящий тигр. Большой и опасный. Сразу следом за Синтией и девочкой, которые шли, кажется, совершенно спокойно, шли пара роботов-солдат. Они вели парня в полицейской форме, держа его под руки. Парень пытался сопротивляться, но его заковали в его же наручники.
- наш приятель хотел за нами проследить, дошел до базы. Смотрите какой молодец. Как жаль, что с тобой придется разделаться, не правда ли? – насмехался один из солдат, что проходил мимо нас.
Я заметил немой вопрос в глазах моей гостьи.
- мы не выключаем роботов. Мы стираем необходимую часть памяти, чтобы они не смогли найти нас. Только это. Потом он снова будет работать во благо людей. Ломать кого-то намеренно – не наш стиль. - мы молча проследили за тем, как новенькие прошли в один из залов. Полицейский на базе - очень большая опасность. Он уже мог передать данные и координаты, и если срочно не поменять информацию, которую он отправил, возможно, скоро все мы будем в большой беде.

[NIC]Donny[/NIC][STA]D-01-190-023[/STA][SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]
[AVA]https://funkyimg.com/i/31dDa.png[/AVA]

0

17

Мы схватили не ту девчонку. Это я успел понять, когда в комнате задержания Хэнк попросил меня поприсутствовать при допросе робота-девианта. Именно так они охарактеризовали поведение девчонки, которая пожелала спасаться бегством, и спасать не только свою жизнь, но и жизнь животных, выпуская на пути зверей по обе стороны от беглянки.
Мы схватили не ту девчонку. Это я понял еще в зоопарке, когда Хэнк выплюнул в Перкинса шквал недовольства и ругательств. Хэнк разводил руками, яростно жестикулировал и активно тыкал в лейтенанта ружьем, заставляя того периодически его одергивать и при каждом замахи пистолета напоминать, что в любую минуту лейтенант Андерсон может лишиться не только табельного оружия, но и работы. Но Хэнкс был не утолим в своем желании харкнуть в Перкинса очередным шквалом негатива, пока они не притащили девчонку, чтобы показать беглянку пострадавшему мексиканцу, который неожиданно стих и просто пытался приходить в себя, лишний раз пытаясь притихнуть, когда какой-нибудь из полицейских пытался вспомнить про его существование.
Я с таким напряжением ждал, когда же офицер полиции притащит девчонку для опознания, что перестал дышать, благо роботам можно позволить минуту другую забыть про дыхание, вообще не дышать. Но тут мне неожиданно стало не по себе, осознавая, что из-за моей какой-то глупой и взбалмошной оплошности я подставил человека, хотя человеком её сложно было назвать. Но девчонка, которая была приведена полицейскими даже на меня не смотрит, только стоит как вкопанная, ожидая команды человека рядышком. Девчонка-робот. Ужасно похожая на z-02-589-385, точная копия я бы даже сказал, если бы не синий маячок на виске, которые не подает никаких признаков системного расстройства.
Это не она. Я понял это еще тогда, когда человек рядом от нее приказал «беглянки» поднять голову и представиться. Я увидел, как в её глазах запустилась система голоса хозяина и как она без единой запинки произнесла начальное приветствие собственной загрузки системы. Да уж, она реально была точной копией беглянки, но отличалась от неё не только последним набором цифр в серии данной модели, но и чем-то другим. Чем-то человеческим. Даже Хэнк, кажется, это понял, и только в очередной раз выплюнул желчь всего происходящего на землю, зазывая меня покинуть место этого происшествия, поясняя всем вокруг, что стоит прежде чем допрашивать возможную преступницу, отвести её в участок, потому что так дела не делаются друзья.
- Думаете, она жива? – я обращаюсь к нему на «вы», сохраняя прописанное в программе «уважение к хозяину». Я стараюсь не вспоминать как всего какой-то час назад орал на Хэнка и держал на расстоянии вытянутой руки мексикашку и угрожал ему расправой если он не отпустит девчонку. Это все делал я. Тот самый робот, который призван защищать человечество от таких же как я. Программный сбой. Рекламный лозунг в каком-то из журналов про идеальную покупку гласит, что роботы идеальны во всем и всегда. Мы не ломаемся, не глючим, не возмущаемся, мы эталон подчинения и порядочности. Мы это ваше будущее.
Лейтенант только пожимает плечами, но мы обо знает ответ на мой вопрос. Кончено жива. Из закрытых источников известно, что существует какое-то место сбора всех повстанцев и одичалых роботов желающих постичь дзен и свободу. Из закрытых, но ужасно правдивых источников, известно, что Киберлайф объявил облаву на закрытые застройки и брошенные дома в попытках найти лагерь девиантов. Пока все силы, брошенные на поиски скрытого места, закончились только слепой и не проверенной информацией от роботов, которые боятся признать свободу и готовы сотрудничать. От роботов, которые готовы верить людям, которые в обмен на информацию о месте положения «пристанища» готовы дать свободу роботу. Но пуля в голову — это тоже своего рода свобода.
И вот вам самый главный лозунг моей модели. Мы не спасает человечество, мы ищем «пристанище». Моя модель создана для поисков, и кажется скоро мне предстоит понять на чьей стороне я сражаюсь. Ведь за четыре года моего существования я нашел достаточно зацепок и людей, связанных с «пристанищем», чтобы понять в какую сторону идти искать тех, кто хочет себе другую жизнь в обмен на свободу. Я не просто напарник лейтенанта, я ищейка.
[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/cJpYXXA.png[/AVA][SGN]atropos
https://i.imgur.com/AjklaLv.gif  https://i.imgur.com/grW335p.gif
[/SGN]

0

18

Я спокойна, пока Мартин чувствует себя в порядке. Это сложнее, чем могло показаться. Доверять кому-то – сложное дело, но мне невероятно сильно хочется довериться девушке – роботу, что теперь вела меня вдоль каких-то катакомб метрополитена. Я знаю, что она не причинит мне вреда, не могу сказать почему, откуда, как я это поняла? О, если бы я сама это знала. У меня внутри что-то все время болит, и я знаю, что это из-за зверей, это из-за Мартина, из-за того, что он, бедняга, теперь идет со мной, и наверняка скоро проголодается. А в том месте, куда мы идем, возможно вообще нет никакой еды. Если это действительно то, что я теперь себе представляю, а Синтия уже много мне рассказала, значит это место не создано ни для чего по-настоящему живому. Они занимаются только роботами и только нашей реальной жизнью.

Синтия рассказала мне, как она сама когда-то оказалась в сопротивлении, и в довершении своего рассказала убрала ленту, показывая не перестающий пульсировать красным индикатор.
- он вообще всегда красный. У тебя хотя бы мелькает иногда, мой горит что фонарь. Таких, как я уже нельзя почистить и починить, я полный отброс общества среди хороших и исправных роботов, и я чертовски счастлива от того, что отношусь к ним. Кстати, ты знаешь, что такое счастье? –
- в моей модификации…-
- ой, прекрати. К черту модификации, никому из нас не давали чувствовать счастья по настройкам, потому что это невозможно настроить, ты либо испытываешь это чувство, либо нет.- я пытаюсь загуглить новое слово, которое мне раньше не приходилось слышать ни от кого, кто работал или заходил в зоопарк. Счастье. Почему я не слышала этого слова раньше? Интернет почему-то не подключается, и я чувствую себя в ловушке от этого.
- я не могу загуглить. Нет связи… - к горлу начинает подступать паника, даже несмотря на то, что Синтия объясняет это системой защити около бункера. Мартин словно чувствуя мои переживания мягко касается меня своей шерстью по ноге во время движения. Я понимаю, что пока он рядом со мной – мое главное оружие вовсе не интернет. Это вновь успокаивает меня, а объяснение Синтии вдруг кажется вполне логичным – если робот полицейский найдет это место, он уже не сможет связаться со своим отделением, не сможет позвать на помощь, он может либо идти дальше, либо не идти, и таким образом создать необходимую фору. Гениально.
- ты гуглила слово «счастье», да? – Синтия улыбается. Она решает рассказать мне о счастье в различных примерах, и ее описания напоминают мне тот момент, когда я дала сдачи тупому мексиканцу. Кажется, в этот момент я действительно чувствовала счастье. Я была свободна. Кстати, о свободе.
- здесь есть камеры слежения? Роботы-полицейские наверняка сразу заходят доложить о месте, где нет интернета –
- разумеется. Как только кто-то чужой сделает шаг за нашу территорию, все двери заблокируются. Он не сможет покинуть туннель. – Синтия улыбается. Кажется, она действительно довольна тем, как они тут все придумали, как смогли развиться и к чему пришли.
- мы почти пришли. Я бы хотела, чтобы ты сходила на первый встречный урок. Там собираются все совсем новенькие роботы, которые начали чувствовать. Все делятся своими историями, рассказывают, почему оказались тут и что чувствуют, каждый делится какой-то частичкой себя, и это дарит единство и сплоченность внутри коллектива. Конечно, каждый, кто хочет уйти, может уйти.
- а если они уйдут и сдадут нас? – Синтия лишь улыбнулась, вновь показывая на камеры. Ну да. У нас все равно будет некоторая фора. И все же, я не понимала, куда они двигаются в том случае, если про их место узнают, они полностью теряют дом, что они делают дальше? Этот вопрос я приберегла для первого урока. Синтия выглядела слишком… счастливой?

Нам пришлось почти двадцать минут ходить по одинаковым с виду туннелям для того, чтобы наконец-то завернуть в какой-то угол и оказаться перед железной дверью. Синтия начала набирать какие-то долгие данные на экране в двери, данные постоянно пропадали, она писала новые, потом те испарялись, становились прозрачнее и она начинала снова, уже другие. Это выглядело так, будто система просит сначала один пароль, потом второй и третий, пока не наестся, а работа Синтии – накормить эту чертову дверь паролями. Кажется, мы целую минуту торчали около двери перед тем, как она открылась.
- я просто хотела показать тебе систему охраны. Когда никого на базе нет, приходится вводить эти долгие пароли, но когда кто-то есть, они могут открыть дверь нажатием одной кнопки – я киваю, слишком увлеченная осмотром всего, что теперь меня окружает. Я вижу капсулы для ремонта, они кажутся красивыми и даже притягательными, вижу…
Мои мысли были оборваны, когда позади меня двое ребят схватили… того робота, который спас мне жизнь?
- чего так долго? Я минут двадцать водила его по тоннелям – он пытался вырваться, агрессивно смотрел на них, но я чувствовала, что именно он спас меня, именно ему я обязана жизнью и тем, что сейчас нахожусь здесь.
- подождите – мой голос показался таким высоким теперь, но я чувствовала, что должна что-то сказать.
- он не исправен. Не совсем… я избила человека, а он отпустил меня, выстрелил в воздух. Возможно, он просто еще не понял, что он один из нас? – внутри меня почему-то теплилась надежда на то, что он будет рад остаться с нами, что он перейдет на нашу сторону. Нашу. Как странно осознавать это.
- он тебя сдал. Ты сказала ему место, но он привел других копов
- да, но он отклонился от стандартного поведения, а значит, возможно, с ним можно работать
- он может привести других копов, мы не можем рисковать
- но мы тут все время рискуем, не забыл?

Вокруг меня началась настоящая канитель из споров множества опытным мятежников. Я смотрела на робота – полицейского, который все это время шел за мной. Он хотел сдать меня, сломать и выключить или спасти меня и идти за мной так, как я его и звала?

[NIC]Zoe[/NIC][STA]Z-02-589-385[/STA]
[AVA]https://funkyimg.com/i/31hkF.jpg[/AVA]
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

19

[NIC]Jodie[/NIC][STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]https://i.imgur.com/iVbwwcM.png[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif
[/SGN]
Что за бред? Роботы вообще знает такое слово? Знают эмоции, которые испытывают при этом слове? Да или нет? Я смотрю на все происходящее и мне рвет крышу. Роботы знают, что это такое? Маркус как-то говорил, что его сын-наркоман периодически приходил к нему за деньгами, завуалированно намекая отцу, что ему нужна новая доза. И каждый раз, когда Маркус отрицательно качал головой, у его сына начинало рвать крышу. По словам Маркуса эту драму в двух действиях он видел каждую неделю. Сначала руки его сына-наркомана сжимаются в кулаки, продирая ладони до крови. Затем окровавленными руками он проводит по грязным волосам, оставляя следы крови на жесткой не мытой несколько недель шевелюре, а после дополняет всю эту драму, разворачивающуюся на глазах Маркуса, различными деепричастными оборотами, не скупившись на выдумку и оригинальность. В завершении он всегда уходил, оставляя после себя неприятное послевкусие. В такие минуты Маркус просил оставить его на пару часов одного, чтобы он смог подумать и принять очередное неправильное решение, переводя деньги на карточку сыну.
Сейчас я была тем сыном-наркоманом, только разница в том, что я робот. И ничего в этом не понимаю.
Вот и сейчас я смотрю на всех собравшихся и мне хочется закатить истерику в двух действиях, которая всегда разворачивалась на глазах у Маркуса. Только теперь я в роли наркомана. Я сжимаю руки в кулаки, не осознаю, как люди это делают, но у меня получается. Я провожу нервно руками по волосам, делая несколько шагов назад, подольше от собравшихся «людей». Нет, это все не правда. Технический сбой программы, не состыковка проводов, глюк системы. Я готова перезагрузить систему в сотый раз, но ничего не помогает. Донни так и стоит передо мною, Синтия, чтоб её, смотрит на только что приведенную девчонку, а робот-полицейский нервно покачивается в руках других роботов. Это все не правда. Это какой-то цирк, а я не запрограммирована для захвата мира или освобождения себе подобных, я просто сиделка. Просто робот-сиделка.
Я делаю шаг назад, уступая мимо проходящим «людям» делать свою работу в этом импровизированном штабе за права и свободу человечества. Я накалена сейчас до предела и готова взорваться и плавиться от напряжения, это бы облегчило мои страдания, если б система автоматически начала уничтожаться изнутри, наплевав на все возможные законы физики. Кажется, где-то коротнуло. Я сама начинаю коротать.
[float=left]http://forumupload.ru/uploads/0019/9e/ef/1788/t99777.gif[/float]- С меня хватит, - я только отрицательно покачиваю головой, отсалютовав Дони, этот гребанный доктор, откуда я вообще знаю эти слова? Я не хочу в это ввязываться, - и это самая трезвая мысль, которая посетила мою голову, после многочисленных переживаний и приключений. Я действительно ни хочу в это ввязываться. Вся эта борьба за права и свободу не для меня. Я всего лишь робот сиделка, а он стоит и рассказывает мне о нашей свободе. Нашей? Я не хочу в это ввязываться. Мой сенсор на виске, кажется, уже даже не переходит в состояние покоя, остается светить яркой вспышкой на фоне абсолютно спокойных «людей» вокруг. Даже робот-полицейский, кажется, успокоился и только внимательно смотрит на всех, словно запоминает и прикидывает. Мой сенсор забыл, что такое «спокойствие» и перестал переходить в состояние «умиротворения», он предательски выдает мою нервозность и отдает головной болью в висок. Такое возможно? Боже, нет.
- Покажи мне, где выход, Донни, я не собираюсь в этом участвовать, - я настроена решительно уйти из этого мрака, но Донни только стоит на месте, не делая ни шагу на мою просьбу. Он просто ждет любого моего другого решения. Решение, которым будут довольны все вокруг, не принимая отказа. Класс.
Один из ребят в «группе сопротивления», кажется, обладающий более человечным разумом, чем Донни, откликается на мое решение уйти отсюда, просит пройти за ним, молча кивая Донни. Да ладно, а без него тут что-нибудь делается?
Он просит меня пройти в правый коридор и следовать за ним, не отставая, разговаривая со мной как с умалишенной, он только еще больше начинает нервировать меня, хотя я думала, эту миссию перетянул на себя уже давно Донни. Мы молча идем по темному, иногда мигающему коридору из пустых комнат, он объясняет мне, что место, где они находятся, называется «союз сопротивления». Да ладно? Я только тихо издаю смешок, совершенно не запрограммированный в моей программе, но продолжаю молча идти за парнишкой, который заводит меня все дальше и дальше вглубь коридора. Парнишка, я точно знаю эту модель, просит меня зайти в дверь слева от меня, объясняя это тем, что там имеется короткий путь, но кто я чтобы спорить с ним? Поэтому молча, не скрывая непонимания, только захожу в темное помещение, едва уловимо охваченное крупицей света в середине комнаты. И стоит мне сделать только шаг к свету, как дверь за мной наглым образом закрывается на тяжелый замок с той стороны, где стоит парнишка. Вот же черт. Он что-то говорит про сопротивление, про необдуманность и страх, просит понять их желание также жить как люди на всей планете, проговаривая это он только в очередной раз проверяет, хорошо ли закрыл дверь, призывая меня к спокойствию и осознанию собственной миссии. Говорит, что как только я «приду в себя» Донни лично придет и откроет эту дверь. Чертово сопротивление.
- Эй, а ну вернись и выпусти меня отсюда! Слышишь меня! – я только зло ударяю кулаком об железную дверь накрепко закрытую с той стороны и стараюсь дышать. Дышать? Это уже не в какие ворота не лезет.

0

20

Все происходящее едко и быстро развивалось. Я только успел заметить, как завели девочку, как за ними же появились солдаты с пойманным копом. Робот – полицейский большая проблема даже в том случае, если не может довести информацию до своих начальников. Робот полицейский в принципе очень большая проблема, и я искренне не знаю, как на этот раз эту проблему будут решать наши люди. Кажется, все просто – чистишь память, отключаешь на ближайшие пару часов и кидаешь его где-то на другой части города, чтобы к тебе никто никогда не пришел. Вроде бы логично, не правда ли? Может и так, только мало того, что девчонка пытается его защитить, так еще и этого копа, судя по нашим данным, очень активно ищут, а это значит, что совсем уж незамеченными скинуть его в городе не получится. Все не так просто. Нам необходимо провести анализ местности, спрятать его так, чтобы не привлечь внимания, и все это необходимо сделать так, чтобы не было свидетелей. У нас много работы из-за этого копа, не считая того, что нужно действительно тщательно и аккуратно кромсать ему память, а этим могут заниматься совсем не все члены нашей команды. К сожалению, таких ребят мало. Программисты различными образами вытаскивают информацию, обходя другие, важные роботу воспоминания, не трогая их. Это очень сложно, зачастую мы можем часами спорить о том или ином моменте в воспоминании, которое лучше убрать или оставить. Роботы же намного лучше помнят все, что происходит, и нам необходимо подложить ложные воспоминания, что-то, что перекроет это время, сделает робота ни в чем не виновным и самым обычным, таким, который никогда не заходил в наши катакомбы. Это совсем не просто. Девочка с тигром кажется очень активной. Я вижу, что она такая наглая и уверенная, потому что все еще не отошла от шока – ей пришлось многое пережить в ближайшие пару часов, а если мне не соврали, на ее глазах пристрелили какого тигра или льва, огромное животное, что вызвалось ее защищать. Для нее это сейчас просто какая-то игра. Вся ее жизнь может ничего не стоить для нее  сейчас из-за этой потери. Но это лишь в том случае, если зверь был ей действительно близок. Мы не можем сказать этого просто так.
И теперь, когда кажется, что нужно принимать решение и что-то думать из-за парня, моя новая знакомая начинает истерику. Она ведет себя так по-человечески, раскидывая руки и говоря почти навзрыд. Это слишком понятная реакция, слишком простая. Мне нужно лишь несколько секунд для того, чтобы отправить сигнал одному из парней – если через сутки одиночества она все же не придет в себя, не осознает кто она, что она и что ей нужно – мы почистим память и освободим ее, пока же, для нас самое важное – разобраться с мальчишкой.
- не переживай, мы должны будем поговорить с ним, провести психологический анализ, и если он захочет остаться с нами, мы сохраним ему память, однако, если ему милее его служба, извини – мы не пойдем против его естества и настроек, в конце концов, мы рискуем, держа его у себя. Малейший сбой – и он получил связь с интернетом и своим начальством, а это значит – нас раскроют и выкинут отсюда, не говоря уже о том, что с нами сделают физически. Ни один, даже самый большой тигр не сможет тебе помочь. – Зои смотрела с опаской. Она понимала, что ей ничего не угрожает прямо сейчас, чувствовала, что мы в своей тарелке и наши датчики молчат, совсем заглохнув.

Пока девочку увели осматривать и кормить ее животное, я направился следом за солдатами, которые вели полицейского. Для него у меня было много вопросов, и вопросы эти были не только у меня. Сейчас одна из допрашивающих скидывала мне примерный список вопросов, которые мы собирались ему задать:
1. Почему ты упустил девчонку и выстрелил в воздух
2. Что ты почувствовал, когда люди убили животное
3. Как ты проследил за девочкой? Наши люди были уверены, что хвоста нет.
4. Что ты чувствуешь от осознания, что ты борешься с такими же, как и ты. Такими же ребятами, стрелявшими в свое время в воздух.
5. Как ты относишься к людям?
6. Близкие ли у тебя отношения с коллегами, всем ли ты доверяешь?
Эти вопросы еще дописывались на ходу, их порядок менялся, потому что некоторые вопросы можно было начать задавать с самого начала, другие же лучше было отложить до того момента, когда он разговорится и станет более общительным.
Мы зашли в комнату втроем – я, Синтия, и Карли. Карли была хорошим психологом, и мы решили, что она идеально сыграет роль основного говорящего, в то время, как мы с Синтией будем следить за его поведением и развитием отклонений от нормы.
- привет, Джерри – Карли уселась на кресло прямо по середине, мы заняли кресла по сторонам от нее, а парня посадили напротив нее, тут же пристегнув его наручниками.
- прости за некоторые неудобства, но пока нам сложно довериться тебе, тем более, что это было бы достаточно опрометчиво. Я не хочу тебе зла, и тем более не хочу причинять тебе какие-то проблемы, если ты не хочешь разговаривать и иметь с нами вообще хоть какие-то дела, если единственная и стопроцентная твоя цель – проследить за нами, чтобы сдать своему начальству и никогда не думать о том, что, возможно, это именно ты остановил попытки тысяч роботов найти настоящую жизнь, чувства, эмоции, желания... жизнь – она замолчала. Мне хотелось улыбнуться. Все же Карли очень правильный выбор для данного случая.

[NIC]Donny[/NIC][STA]D-01-190-023[/STA][SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]
[AVA]https://i.imgur.com/NtlS8IC.png[/AVA]

0

21

Как я до этого докатился? Парни, модели «чуть моложе меня», приковывают своего же сородича наручниками к стулу и оставляют копошиться в своих мыслях. А в голове ролик из рекламы автомастерской «если у вас сломалась машина, звоните Колу! 1-548-954-489». Паренек на фоне поддержанной машины пытается сделать из неё конфетку, вновь повторяя номер телефона. Если у вас сломалась машина, звоните Колу! Я бы позвонил сейчас Колу, чтобы он починил все эти машины, но мои руки прикованы наручниками. Позвонил…1-548-954…
Так как я докатился до этого? Я закрываю глаза и прикидываю с чего начать. Можно вспомнить, как девчонка с тигром уходила, точнее, убегала, пока я пытался убедить Андерсона, что она абсолютно не представляет опасности. Можно вспомнить, как Хэнк пытался утащить меня к машине, чтобы я перестал угрожать Андерсону расправой. А можно вспомнить, как уже в полицейском участке я сидел рядом с Хэнком и пытался держать себя в руках, перекидывал монетку для успокоения из рук в руки и молча перезагружал систему в сотый раз. Вся эта система самоконтроля совершенно не работала, потому что желание набить лицо Андерсону становилось какой-то основной задачей в программе сегодняшнего вечера. Я отчетливо видел, как ударяю ему в лицо, как он ударяет в меня рикошетом и громко ругается на весь полицейский участок, прося, чтобы от него оттащили безумную машину. Сейчас именно я был этой безумной машиной.  Я видел, как привели парнишку-робота в кабинет для допроса. Он прошел мимо нас с лейтенантом и пытался вырваться из цепких рук ребят в форме, пока те жестоко не пригрозили ему мгновенной расправой. Творилось что-то непонятное и не поддающее объяснению. Настолько все сходили с ума, что Хэнк строго настрого запретил мне заниматься самодеятельностью и перестать играть в бесстрашного робота-убийцу. Единственное что я решил сделать, так это передать тайком ему на стол папку без опознавательных знаков, неожиданно попросив, что, если что-нибудь со мной случиться, чтобы он, не задумываясь, открыл и прочитал ту информацию, которую я собирал годами. Мне нужно было знать, что в случаи чего он смог бы вытащить меня из передряги. Живым или мертвым. Этот вопрос не обсуждался. Я не хотел гнить на свалке, выискивая между мусором и железом свои запчасти. Не хотел.
Нас просят пройти в комнату для допроса, чтобы понаблюдать, как Андерсон будет проводить экзекуцию бедняги за прикованным столом. Смешно. Переходя вновь в настоящее время, я только улыбаюсь уголками губ, потому что всего лишь каких-то пару часов назад самолично наблюдал, как допрашивали робота, а сейчас сам оказался в его шкуре. С той моделью не церемонились, зато для меня привели отличную смазливую девушку. Класс.
Андерсон был категоричен и готов в любую минуту приставить ствол к виску бедолаги, даже если тот начнет говорить абсолютную правду, наплевав на собственную свободу. Допрос в полицейском участке пару часов назад был нужен для того, чтобы самый пугливый и трусливый сдал своих сородичей, чтобы мы узнали, где находится их тайное логово. И мы узнали. Точнее Андерсон узнал, пару раз ударяя бедолагу робота головой об столешницу, разбивая тому сенсор на виске. В первый раз он немного наклонил его голову над столом, красноречиво намекая, что в следующий раз его щека официально протрет стол на предмет пыли. Но робот ничего не сказал. Второй раз был более доходчивым и понятным, потому что Андерсон не церемонился. Только уверенно долбанул его об столешницу, совершенно не волнуясь за состояние подозреваемого. В третий раз, кажется, в понимании робота на безопасность произошел сбой. Остатки сенсора стали мигать красным предупреждая всех вокруг, что бедолага не исправен и может произойти сбой системы. В каждом из нас сейчас был сбой.
Наблюдая за всей этой экзекуцией через толстое не проницаемое стекло, я вдруг понял, что беднягу наверняка убьют даже если, он выдаст все тайны с потрохами, его потроха вырвут наружу, оголив провода. Он был уже не жилец.
- Он ведь его убьет, да? – Хэнк рядом со мной по-отечески хлопает меня по плечу, прося в очередной раз не делать глупости. Но я думаю, что мы оба знали, что это просто невозможно. Может поэтому теперь на меня уставились три пары глаз, выжидая моего ответа, потому что я нашел эти самые глупости? Я точно знал, что сделал все возможное и теперь вся моя жизнь завесила от того, как скоро сюда нагрянут полицейские под руководством Андерсона, потому что Хэнк так бы не поступил.
Я только дергаю рукой, проверяя на прочность наручники. Кручу запястьем на поиск слабого места, пытаясь, наверное, потянуть их время, смерившись с участью заключенного под стражу. В моей голове играет рекламный слоган компании «Киберлайф». Жизнь во благо человечества. Жизнь в угоду каждому. Жизнь. Девица из группы-сопротивления просит у меня прощения за соблюдение мер безопасности.  Говорит медленно, плавно, заставляя мой сенсор на виске пульсировать красным. Заставляя меня сомневаться в собственных решениях. Заставляя меня вспомнить, что я спас девчонку-робота и был готов прибить Андерсона, если тот сделает ей больно. Я был готов.
- Все нормально… чувствую себя как дома в окружении себе подобных, - «все нормально» давно уже вышло из-под контроля. В подтверждении собственных мыслей я только в очередной раз дергаю наручники, не прекращая смотреть на троицу. Все нормально…на столько что за дверью происходит какой-то шум. Взволнованный парнишка, модель qn-45-078-947, когда-то полностью лишенный эмоций, теперь смотрел на нас взволновано и боязливо, не решаясь зайти внутрь комнаты.
- Заходи, не стесняйся… - я только делаю легкий взмах рукой насколько это возможно и улыбаюсь пареньку, полностью показывая ему, что я не представляю для него опасности. Он маленькими шагами подходит к «главному», я так и знал, что этот напыщенный парень за главного, и что-то шепчет его на ухо. Я успеваю разобрать слова «они тут», «первый этаж», «наших ранили», «оружие».  Мне не нужно много мозгов, чтобы понять смысл его рванной и испуганной речи, но мне хватает мозгов, чтобы предложить свою помощь. И зачем я только это делаю?
- Я могу помочь…было бы глупо оставлять меня тут в наручниках, я могу стрелять намного лучше, чем твои роботы-сиделки…и кстати, это не я вас выдал, - у меня другая миссия. После того как я спас девчонку и выстрелил в сторону мексиканца моя миссия из охраны людей стала приобретать другое очертание. Я стал меняться или нет? Не уверен, что вся это добродетель доведет меня до счастливой жизни, я вообще сейчас ни в чем не уверен.
[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/cJpYXXA.png[/AVA][SGN]atropos
https://i.imgur.com/AjklaLv.gif  https://i.imgur.com/grW335p.gif
[/SGN]

0

22

Волнение. Мне неловко от того, что я вставила свои несколько слов о том, что думаю про этого парня, хотя совсем не знаю его на самом деле. Отчего-то я словно почувствовала какой-то порыв, и объяснить это технически очень сложно. Это как вирус, который выскакивает в самые неожиданные моменты, заставляя включать те программы, которые ты не собирался включать. Вся твоя система мигает всеми огнями радуги, но ты не можешь найти вируса и не можешь остановить этого, это просто происходит вне зависимости от того, хочешь ты так или нет, сказал ли тебе так хозяин, или тебе никто уже ничего не может сказать. Все это не имеет смысла, когда ты сам не можешь управлять тем, что заставляет делать тебя то или иное. Вот почему люди иррациональны, вот почему они так часто ведут себя странно и безумно, вот почему они и есть те, кто они есть. Они не могут этого контролировать, такие слабые иногда из-за собственных эмоций, из-за них же они могут подходить ко всей жизни с самых разных сторон, и видеть то, чего мы не могли бы увидеть, что не смогли бы связать. Человечество гениально и ужасно, и в этом точно что-то есть. Но я всегда любила человечество до этого дня. Всегда.

Монотонность. Они ушли разговаривать уже минут пятнадцать назад. За это время Мартина покормили настоящей едой, что показалось мне удивительным, ведь среди этих ребят не должно быть людей, которые будут есть еду, и все же, тигр жадно уплетал свою еду и был вполне доволен и отдыхал. Я не хотела оставлять его, так что легла рядом с ним. Не знаю, почему. Мне не хотелось никуда идти и ничего делать, потому что я понимала, что этот парень, Дон, вероятнее всего главный, а если он главный, мне стоит дождаться, когда он вернется, чтобы пообщаться и со мной тоже, чтобы вообще решить, что делать дальше. Я все время думала, что люди - создатели. Они великие и умные, они добры и щедры, раз дают нам жизнь и работу. Я думала так, но теперь больше не могу так думать. Все воспоминания, которые мне урезали начинают потихоньку просачиваться из-за повтора событий, на меня вновь пытались напасть, и теперь я помню, как на меня нападали ранее тысячи раз. Это странно. Это даже страшно. Я понимаю, почему они все это чистили, но их доброта и щедрость уже не кажутся мне прежними. Они не просто дают нам возможность работать, они ставят нас в такие условия, в которых мы не можем дать сдачи, поставить на место кого-то нетрезвого или злого, мы не можем себя защитить, лишь железко в форме человека, которая не имеет права на ответ, на нормальную жизнь. Это не доброта, а корысть, и для того, чтобы мы не возненавидели их за их же поступки, они закрыли наши воспоминания в банку, выгрузили в диск и попытались стереть, оставляя важную и нужную информацию. Как жаль, что этим не занимались роботы, потому что они смогли бы отделить мои нужные воспоминания от ненужных, но люди не справляются, ведь это не те, кто нас создавал, это лишь те, кто нас использует. Не все люди хорошие, но и не все люди плохие.

Нервозность. На одном из пультов наблюдения тихонько сработала сигнализация, и в одной из комнат собралось сразу много роботов. Даже Мартин, который спокойно отдыхал, пришел на звук. Кажется ему комфортно в этой кампании - от всех роботов пахнет так же, как от меня. Ничего волнующего его чутье. Он знает, что все мы тут несъедобные и почти неубиваемые для него. Они вывели на большой экран лабиринт подземелья, большую карту, где увидели полицейских. Они рыскали, натыкались на тупики, тут же дорисовывали автоматические карты, и снова двигались вперед. Они точно знали, что искать нужно тут, они точно знали, что где-то здесь найдут то, что ищут, даже если на это потребуется целый день, процессор робота достаточно мощный, чтобы сопоставить сразу все особенности местности и понять, как правильно расположены помещения, и где может оказаться вход. Они рыщут по всем проходам, разделяются и просматривают все больше. У нас в помещении полная тишина, мы только смотрим за тем, как они двигаются. Роботы переглядываются. Кажется, они перекидываются информацией, чтобы не нужно было ничего произносить, но по взгляду на переговорную комнату я понимаю, что они все лишь волнуются из-за того, что главные сидят там, и общаются с копом. Копом, который, быть может, привел сюда всех остальных. Мне хочется думать, что его нельзя было отследить и он не виноват, но я не могу говорить за него.
   
Суета. Все торопятся слишком сильно, все взволнованы. Пара ребят вызвались остудить след. Они решили выбраться из наших катакомб, выбраться наверх, наружу, и отвлекать их. Притянуть внимание на себя. Я смотрела на то, как они вышли, и юрко бросились бежать к нужным дверям молча, но внутри меня что-то тикало, и я подозреваю, что это и есть признак волнения. Они быстро вынырнули из коридоров подземного лабиринта, оказавшись наверху, и тут же нападая на роботов, охраняющих выход. Они специально не вырубили их, привлекая свое внимание, чтобы те успели позвать подмогу, чтобы большие силы привлечь на их поиск, а не на тех, кто, возможно, здесь прячется. Мы следили за всем по камерам, высматривая каждое движение моих новых знакомых. Они действительно были хороши, многие следопыты вынырнули на первый этаж, покинув свои поиски, они ринулись за ними, пытаясь догнать и поймать их. Из пятерки смогли скрыться в другом части города лишь трое. Я знала это, потому что видела, как еще двоих поймали и сильно ударили по головам, отчего видео с их глазных яблок перестало отображаться, а один из роботов быстро пошел в переговорную.

Тишина. Из переговорной резко выскочили двое. Это была Синтия и Донни. Они оставили еще одну девушку в том кабинете, а сами двинулись к каким-то специальным устройствам, похожим на кресла в стоматологических кабинетах. Усевшись на них, они накрыли свои головы механическим куполом, который тут же начал светиться.
- что они делают? -
- соединяют связь с пойманными. Им придется с их согласия подчистить всю информацию о нашем существовании и нахождении, заменить ее другой и запутать полицейских. Сейчас нет другого выбора. Они потеряют все, что знали о нас, и этого не смогут вернуть даже самые изощренные программисты. Для них это конец. Это последнее, что они могут сделать перед последним допросом, потом их отформатируют или выбросят- он замолчал. Я знала, что ему больно, хотя пока не очень четко могла понять это. Он прощался с ними. Все они прощались с ними. Герои, которые были готовы отвлекать стражей ценой собственной жизни для того, чтобы такие как я могли быть счастливее. Герои.

[NIC]Zoe[/NIC][STA]Z-02-589-385[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/3dmV2eg.jpg?1[/AVA]
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

23

Темно. Я никогда не боялась темноты, но сейчас мне страшно. Единственный источник света слабая лампочка по центру комнаты. Она мигает каждые три минуты, затем полностью перестает работать и словно перезапускаясь, начинает вновь освящать центр комнаты на какие-то доли секунды. Я бы тоже сейчас перезапустилась. Скинула заводские настройки к стандартным и опять вступила в прежний режим своей жизни. Я начинала работать на рассвете, пока Маркус еще спал. Я готовила ему еду, рассчитывала нужное количество таблеток, прописанных доктором для поддержания его жизни. Будила его и приглашала к завтраку. Большую часть дня, если в его ежедневники не было никаких срочных дел, я была предоставлена самой себе. Слушала, как он играет на рояле, задумчиво клацая пальцами по клавишам. Зачастую он играл всегда что-то грустное, отдающее болью. Как говорил Маркус, каждый, кто слушал его, находил в мелодии что-то свое.  Я находила там только звуки. Никаких эмоций, ощущений и желаний. Мой сенсор ритмично горел синим, явно подчеркивая то, что я всего лишь машина. Робот, созданный для облегчения жизни Маркуса. Робот, созданный человеком. Но сейчас мне страшно.
Темно. Я не боюсь, но руки предательски сжимаются в кулаки, а пульс учащается. Пульс? Я не боюсь. Они меня не запугают, хотя кого я обманываю. Как только за роботом закрылась дверь, а его голос становился все дальше и дальше от меня, мне вдруг неожиданно стало страшно. Показная уверенность в том, что они творят что-то не обдуманное и ужасно странное автоматически начинает уходить на второй план, с распростёртыми объятиями уступая место страху и желанию выжить любой ценой. Я знаю, что меня ждет. Мы все знаем, что нас ждет. В ста случаях из ста я буду гнить на всем известной свалке железных отходов. Если исход будет хорошим, я буду целиком и полностью доживать свой век, шатаясь между такими же потерянными и ставшими никому не нужными роботами. Если исход будет плохой, то меня распотрошат на запчасти. Кто-то не такой плохой, как я, займет мое место в магазине, где меня купил Маркус. Кто-то, кто более ответственно подойдет к своей работе, не будет переживать за человека, а просто продолжит и дальше подавать еду хозяину, даже если он сменится. Нас предупреждают об утилизации за плохое поведение еще в самом начале. Мы ничего не подписываем, но этого и не нужно.  Есть вещи, которые не нужно озвучивать, потому что исход и так понятен. Мой исход и так понятен.
Я пячусь к двери, в надежде отыскать знак на спасение своей задницы. Роботы вообще так говорят? Но вместо знаков и плана по спасению, я слышу очередь из нескольких коротких выстрелов. Один крик о помощи и одно требование сдастся. А затем тишина, и только звук открывающихся дверей на поиск тех, кто ведет себя плохо. Я веду себя плохо. У меня нет шанса на спасение, потому что я всего лишь робот-сиделка. В моей программе есть миллион возможных вариантов завтраков, обедов и ужинов. Миллион решений что делать, когда тебе скучно. Многочисленные задачи по домоводству и обустройству жилища, но не одной задачи по спасению своей жизни. Ни одной. Навыки выживания не та вещь, которую могли бы впихнуть в голову сиделки. Ведь что в нашей жизни может пойти не так? Подгоревший пирог и грязная посуда сверхжестокость, которую я могла бы себе позволить.
Шаги становятся все ближе и ближе к моей железной двери. Ребятам по ту сторону не потребуется много времени, чтобы открыть дверь и зайти вглубь комнаты на поиск либо очередного тупика, либо предателя. Не знаю, чему они обрадуются больше. Роботу-сиделки с мигающим сенсором, предупреждающим о неполадках системы, или просто пустой комнате? Хотела бы я знать исход. Хотела бы.
Дверь медленно открывается, заставляя меня вжаться в стену еще сильнее, благородя всех и каждого, что света хватает только на маленький островок в центре комнаты, а дверь загораживает меня словно щит от человека, который едва ли похож на спасителя, хоть и носит полицейскую форму. Робот-полицейский делает маленький резкий шаг, останавливаясь ровно на пороге комнаты, бегло оценивая ситуацию и просматривая помещение на возможные потайные двери.
- Пойдем, Джей. Тут ничего нет. Наши на канале передали, что нашли что-то, - Джей поворачивается ко мне спиной, даже не напрягая свой сенсор, будучи уверенным, что эта комната не отличается от тех других, которые они уже проверили, блуждая в чертовом лабиринте. Он уверен, что в этой комнате ничего нет, поэтому только пожимает плечами, рапортуя другим полицейским, что и тут чисто. Он только выходит в коридор, оставляя меня в полном одиночестве, оглянувшись только разок, чтобы в очередной раз убедиться, что не пропустил ничего важного и стоящего. И стоит только полицейским скрыться за углом на поиск других дверей, я пулей вылетаю из комнаты, убегая в обратном направлении, туда, где кажется, может быть, спасение.

[NIC]Jodie[/NIC][STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]https://i.imgur.com/iVbwwcM.png[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif
[/SGN]

0

24

Теперь, когда мне говорят о надвигающихся проблемах, совсем не время разговаривать с парнишкой, совсем не время решать, может ли он нам помочь и стоит ли вообще его опасаться. Сейчас есть проблемы поважнее, и эти проблемы двигаются слишком быстро, наседают на нас так, что мы не успеваем понять, что правильнее делать. У нас есть варианты на все ситуации, но нужно быстро собрать все данные, отчеты, понять, какие варианты наиболее рабочие, какие лучше отмести. Мы – роботы, и можем соображать достаточно быстро, чтобы все эти проблемы не были слишком долгими. Собирая все известные мне файлы про этого робота-копа, я понимаю, что он может нам пригодиться. Когда-нибудь в другом деле, возможно, но прямо сейчас – точно нет. Его точно будут искать, его попытаются вернуть, или хотя бы узнать, что ему удалось выведать, если он поднимется наверх, то его сразу заберут, если он покажется кому-то из нападающих сейчас – тоже. Он цель, не хуже нас, ведь он мог что-то видеть, и с этим парнем будет все не так просто.
- нет, не сейчас. Мы ценим твое предложение – я киваю на него, чтобы собеседование продолжалось, покидая помещение. Сейчас есть куда более важные дела, и я понимаю, что скорее всего, сейчас уже никакие собеседования не будут продолжаться – все будут смотреть на то, как наши защитники пытаются защитить нас, как происходит жертвенное спасение каждого из нас, и наших надежд.
Все датчики напряжены до предела. Это никогда не было просто, но теперь это доводит до предела, потому что страх внутри сжирает все, что только есть вокруг. Все роботы боятся, все «они» стали уже совсем живыми, чувствительными, сильными и гордыми, они стали другими, и я знаю только то, что должен. Наше сопротивление никогда не было простой затеей, мы знали, с чем столкнемся, какие тяжести еще встретятся и какие мы уже встречали, и это не было чем-то из ряда вон выходящим, по крайней мере, мы готовы были к тому, что в какой-то момент будет нужно всем вместе взяться за оружие и направить пистолеты на тех, кто пытается заставить нас вернуться на свои прежние места. Снова стать теми, кем мы не хотели быть. Дух бунтарства сложно почувствовать, когда у тебя нет души, но еще сложнее – когда ты человек без смысла жизни. Ты просто существуешь, и ничего в твоей жизни тебя не трогает, мы лучше уже хотя бы потому, что знаем о своих чувствах и желаниях, и делаем многое для того, чтобы это работало.

Это уже не первые роботы, которых мы теряем таким образом. Мне хотелось бы сказать, что все нормально, и это лишь особенности нашей «профессии», нашего пути, но я не могу так сказать. Мне приходится связываться с каждым из наших ребят, которые отправились отвлекать полицейским, говорить с ним, договариваться, заключать то соглашение, которого никто не хочет соглашать, чего никто не хочет касаться. Мы попали в ловушку сами по себе, но эта ловушка сейчас – наш дом. Рано или поздно, мы обязательно ее покинем для того, чтобы найти новый дом и новый мир, в котором для нас будет место. Наши ряды регулярно пополняются, и говоря честно – пополнения больше, чем то, сколько ты теряем, хотя порой обходится и со сложностями, порой – все совсем не так просто, как мы хотели бы.
Дело сделано. Это тяжело, никогда не было просто, но выбора нет, никто не захотел дать нам выбор. Мы просто делаем то, что обязаны. Я снимаю с себя дополнительную капсулу, чтобы отключиться от них, от них, которые уже ничего не помнили. Их сознание отрубали, но я успел зайти и почистить все необходимое, Синтия делала тоже самое. Она кивнула мне, и я понял, что работа хорошо сделана, мы снова в безопасности, по крайней мере пока что.

Среди роботов, что смотрели на меня, стоят и Джерри. Его вывела Карли, потому что оставаться в комнате было практически невозможно. Она связала себя с ним наручниками, что было, конечно, зря. У Джерри, как полицейского, наверняка было достаточно навыков, чтобы отцепиться от нее за минуту, но он этого не делал.
- знаешь, если ты действительно хочешь доказать нам свою заинтересованность – дай перекопировать твои боевые навыки. Копировать, и засунуть, к примеру, в нее – я показываю на малышку с тигром, которая смотрит на меня с небольшим удивлением, но с толикой интереса.
- ловкость, умение драться, стрельба, мы возьмем все, что ей потребуется, а ты некоторое время потренируешь ее, чтобы проверить, что все показатели в норме и она установила все обновления. Как тебе такой вариант? – нет ничего сильнее, чем эмоциональная привязанность. Девочка точно к нему привязана, хотя пока что сложно понять по какой причине. В любом случае, если он откажется – это будет сигналом для нее, согласится – мы найдем в ее лице хорошего бойца. Выиграем в любом из случаев.

Я мог бы копировать другие данные, но в данном случае это вовсе не обязательно. Разглядывая остальных ребят, оставшихся в немного удивленном и встревоженном состоянии, я обнаруживаю Джоди. Она держится особняком, пытаясь не привлекать к себе внимания, но я ее заметил. Кажется, она не хотела этого, но когда я двинулся к ней, она не сдвинулась с места, возможно понимая, что это ни к чему ее не приведет. Она знала наше расположение, знала, куда пришла и как, она могла уйти и попасться кому угодно. Как она выбралась, черт возьми?
- ты выбралась... ты выбралась не сама. Тебя кто-то видел?  - она качает головой, и мне хочется ей верить, но возможность, что она просто вышла, когда ей открыли дверь?...
- ты просто должна была подумать сутки, и если бы отказалась – мы бы очистили память об этом месте, и, если бы ты захотела, даже о твоем человеке. Ты можешь восстановиться, но я не уверен, что после твоей пропажи тебя не выкинут. Я не знаю, но то, что ты выбралась – очень опасный факт для всего нашего дома. А то, что ты вернулась… очевидно, означает, что ты передумала, верно? - либо же это может значить то, что она шпионка, но пока я не был готов предполагать такого в самом деле.

[NIC]Donny[/NIC][STA]D-01-190-023[/STA][SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]
[AVA]https://i.imgur.com/KBGfHNi.png[/AVA]

0

25

Карли, не могу точно вспомнить какой она модели, смотрит на меня осторожно, потом переводит взгляд на список вопросов и вновь хмурит свои брови. Для неживого человека она делает все настолько ловко, что у меня закрадывается мысль о слишком явной человечности сидящего передо мной робота. Она не вызывает у меня никаких чувств тревоги. Я уверен, что могу спокойно справиться с наручниками, ведь мне достаточно всего лишь надавить в нужном месте. Я знаю модель наручников, знаю слабое место в механизме, которое позволит мне в считанные секунды освободиться от стальных браслетов. Но вместо этого я смотрю на Карли и чувствую её волнение. Она тяжело вздыхает, поправляет рукава рубашки, затем переходит на волосы, поправляя прядь волос, которая и так уже находится на своем месте. Если бы она не убрала датчик на виске, я мог бы с точностью убедиться в том, что она действительно напряжена. Но даже без датчика девица себя выдает. Мы встречаемся взглядом, а одаривая робота стандартной улыбкой в моей программе я только удобнее усаживаюсь на стуле, совершенно не испытывая дискомфорт от своего положения.
- Карли, кажется, у вас проблемы. Не хочешь меня выпустить? – она только резко вздрагивает, нервно поддёргивая плечами. А я в свою очередь отмечаю, что все её действия настолько отличаются от стандартных функций в программе, что мне становится немного не по себе. На меня смотрит пара голубых глаз, вполне осознанных голубых глаз. Она моргает, уголки губ немного поддергиваются, а брови…ох, уж эти брови, то сдвигаются в напряжении, то поднимаются ввысь от удивления. Она думает. Идея отцепить меня от стула кажется ей совершенно абсурдной, потому что Донн дал отчетливый и вполне понятный приказ не выпускать меня из комнаты, а уж не снимать с меня наручники и подавно. Идея остаться живой кажется ей вполне реальной в свете происходящих событий. Но дернувшись в очередной раз от шума за дверью, она неуверенно поднимается и подходит ко мне.
- Правильное решение, Карли, - она просит меня заткнуться хотя бы на минуту, но это выше моих сил. Баг программы. Много разговоров ни о чем. Много рекламы. Вот и сейчас в моей голове вспыхивает реклама наручников для полицейских и не только. Девица на фоне ярких облачков просит второго ведущего надеть на нее наручники. А когда металлическое колечко обхватывает её запястье, приходит в дикий восторг от полученных ощущений. Нет, кажется, это реклама точно не для полицейских. Ведь я не получаю дичайшего восторга, когда одно металлическое колечко моих наручников, я уже так к ним привык, обхватывает запястье Карли и намертво скрепляет наш союз небольшой железной цепочкой.
[float=left]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/8/t111257.gif[/float] - Да ладно, я настолько тебе понравился, что ты решила вывести наше знакомство на более высокий уровень? Мне нравятся более разговорчивые девчонки. Без обид, – я только поднимаю руку в «кандалах» прикидывая, настолько теперь будет тяжело избавиться от балласта в виде ожившей девицы. А Карли, не выронив из своего рта ни слова, прерывая все мои попытки еще больше испортить ей настрой, только осторожно тащит меня к двери на выход. Я знаю, что она хочет от меня побыстрее отделаться, но просто освободить меня кажется для неё не выполнимой задачей, зато привести меня к Донни на «ковер» в её понимании решило бы все мои, и не только мои, проблемы.
У них большие проблемы. Первая мысль, когда мы с Карли врываемся в огромную комнату, заставляет меня невольно напрячься от происходящего вокруг меня. Испуганные роботы толпятся по всему пространству комнаты, перешептываясь между собой, образуя небольшие группки «по интересам». Кто-то предлагает сдаться, кто-то решительно настроен воевать, а кто-то…осматривая помещение я замечаю девчонку. Ту самую, которую я спас от мексиканца. Ту самую, с которой у нас есть «своя история». И стоит мне только поднять свободную руку и помахать, как чертов Донни все портит. Момент упущен. Она теперь смотрит не на меня, а на него.
- Нет, ужасный вариант, - я только перевожу взгляд с девицы на Донни, мысленно отдаю поклон своему сенсору, который спокойно мигает синим цветом, не выдавая мои истинные чувства. Или я действительно не волнуюсь?
[float=left]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/8/t322068.gif[/float]– Может в другой раз, обстановка не слишком располагает для обмена информации, – перспектива обменяться с кем-нибудь данными кажется мне ужасной. По правде сказать, я считаю это дело крайне личным и интимным, и стоит только представить, что на одного «Джерри» тут станет больше, заставляет меня отрицательно покачать головой, давая понять напыщенному индюку Донни, что затея не кажется мне правильной.
- Но я готов поменять Карли на лапулю с тигром. Обещаю защищать. Я защитил её в зоопарке от мексиканца, для тех, кто не в курсе нашей истории, - показывая на Карли и на наручник у неё на запястья, я слышу, как она тяжело вздыхает, максимально сильно демонстрируя свое раздражение. – или на ту…jd-387, у стены! – перспектива бегать по лабиринтам с раздражающей Карли кажется мне смертельной. Проще отстрелить себе две ноги и выкинуть свое бренное тело на свалку железных отходов, чем слышать, как она каждый раз тяжело вздыхает от моих попыток завязать с ней разговор. Девица у стены тоже не вызывает радости, но Донн слишком к ней проявляется, а значит если он меня доведет, сдать девицу-сиделку полицейским не будет для меня проблемой. А вот то, что касается лапули с тигром, наша история еще не закончилась. Не могу объяснить, но каждый раз смотря на девчонку в моей системе что-то ломается. Не много. По чуть-чуть. Происходящий системный сбой начинает меня немного трогать, как надоедливая муха, жужжащая всегда где-то рядышком. Мне хочется прихлопнуть муху и перестать каждый раз пытаться спасать роботов, ведь я был создан для другой миссии. Я должен сейчас бегать по лабиринту, сканировать каждую комнату и всадить пулю в лоб Донни, если он не перестанет меня раздражать. Но вместо этого я вновь поднимаю запястье в наручниках, напоминая Донни о своей небольшой проблемке.
- Так кого мне отдашь? Хотя я чувствую, как Карли уже по мне скучает, - я чувствую, что если я их максимально сильно достану, то пуля будет красоваться не во лбу у Донни, а у меня, но это всего лишь сбой программы. Я один сплошной сбой. На этот счет у меня есть реклама оружейного магазина. Но смотря как все настроены враждебно, я, пожалуй, приберегу её для лучших времен, когда Донни перестанет быть таким важным индюком, а Карли не будет просить меня заткнуться, и ребята из полицейского участка не будут дышать нам в спину. А ведь мне казалось, что мы уже успели с ними подружиться.
[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/cJpYXXA.png[/AVA][SGN]atropos
https://i.imgur.com/AjklaLv.gif  https://i.imgur.com/grW335p.gif
[/SGN]

0

26

Все происходящее заставляет меня лишь смотреть то на одного говорящего, то на другого. Когда разговор касается меня и того, чтобы перекопировать мне его данные, я думала даже что-то сказать, но потом поняла, что это не обязательно. Они никуда меня прямо сейчас не поведут, не отправят разбираться с новыми обязанностями и знаниями, нет, это проверка парня-копа, наверняка, ведь они не смогут сделать что-то против моей воли, со мной в конце-концов тигр, и они, кажется, ни разу не пытались сделать мне ничего плохого. Пока что. Девчонка, которая появилась теперь тут, казалась напуганной. Именно это слово подходило ей, хотя она и была роботом, и очевидно, не должна была чувствовать этих эмоций. Ее датчик мигал красным, как сумасшедший, и это немного пугало. Мой тоже наверняка мигает, но я уже этого не чувствую. 
- да, но ты сам чуть не вырубился от активности  своего датчика – от его наглости я начинала злиться. Мало того, что он раздражает всех своим поведением, дерзит, ерничает, хамит окружающим, еще и гордится тем, после чего чуть с ума не сошел после осознания и загрузки системы. Он оборачивается на меня, когда я произношу это, и только теперь замечаю, как сильно пульсирует он прямо сейчас. Это даже не пульсация, кажется, у него полная перегрузка, он в самом деле «сходит с ума»? Я лишь смотрю на старших, тех, кто привел меня сюда. Сильвия кивает мне, Донни лишь переводит взгляд с парня на ту девочку, про которую он только что сказал, и после этого больше не смотрит на моего странного знакомого. Он подходит к девушке, той самой, что жалась у стены и казалась напуганной. Я не слышу, о чем он ей говорит, потому что в диалог с копом вступает Сильвия. Моя Сильвия. Теперь, в хорошо освещенном помещении я увидела, что это была не то, чтобы красивая девушка, нет, это была очень красивая женщина. Она выглядела чуть старше тех роботов, которых я видела вокруг, и это привлекало внимание. Она будто была взрослее и мудрее собравшихся здесь. Копу она улыбнулась. Она все время улыбалась, и это было как-то ободряюще. Ей хотелось верить, особенно учитывая, что у меня в программах нет ничего про доверие другим роботам. Я вообще не должна с ними толком контактировать, и тем более находится здесь, но что сделано – то сделано.
[float=left]https://i.imgur.com/IXRmhCP.gif[/float] - спокойнее, твой датчик зашкаливает. Ты же не хочешь взорваться, да? Твоя система перегружена, твой мозг в шоке, если угодно. Поэтому ты не можешь заткнуться, это автоматическая функция для самозащиты. Оскорбляешь всех вокруг, чтобы они на тебя напали, а потом – она кивает головой, рядом появляются два парня, которые тут же хватают копа под руки, и которым он тут же меткими, быстрыми движениями начинает раздавать удары, но рядом появляются еще двое, а после – еще, и в конце-концов, они скручивают парнишку, хотя тот так и не перестал улыбаться, глядя на тех, кого он уже успел растолкать. Это все происходит настолько быстро, что я даже не успеваю зафиксироваться или что-то почувствовать, а Сильвия продолжает так, словно и не останавливалась, словно эта заварушка – план ее рассказа, просто демонстрация ее слов
- дерешься. Потому что ты не можешь напасть, пока не нападут на тебя или не нарушат закон. Но второе твоя система попыталась выключить, от этого она горит синим пламенем, а ты ищешь внутреннюю причину на нас напасть. Не нравится, когда твои руки держат? Ты мог бы попросить убрать оковы, но ты решил драться. Это не твое решение, это система. – улыбка сползла с ее лица. Она смотрела на него внимательно.
- но ты действительно бракованный. Тебя утилизируют, ты в курсе? Ты стрелял в воздух, когда на человека напал робот, ты пролез в тайное логово восставших, и даже никого не вырубил, даже напротив, очень мило болтал с нами. Ты же знаешь, что все это останется у тебя в системе, и когда тебя найдут и поймают, они обязательно посмотрят все, что будет связано с твоим поведением здесь? Оставьте его на часик в переговорке, и свяжите уже веревками, вы же не хотели остановить копа наручниками, правда? У него точно должна быть система, чтобы их взламывать. – она лишь пожала плечами, вновь кивнув ребятам, которые потащили пацана еще подумать. Как только дверь за ними закрылась, Синтия устало взялась за голову. Мой знакомый навел слишком много шуму, и ей это не нравилось.
- друзья, прямо сейчас, здесь, мы почтим память наших товарищей, которые согласились лишиться памяти обо всем, что связано с их домом, с нашей семьей для того, чтобы обезопасить нас. Их имена останутся в наших системах, в наших сердцах. Клара, Джаред, Вильгельм, Корсар– она замолчала, уронив голову, и все вокруг замолчали тоже. Я чувствовала причастность, они спасли и меня тоже. И меня, хотя я еще никем тут не была. Эти роботы проявили невероятную смелость. То, что не вписано в их код.

Наконец, Сильвия подняла голову, громко сказала «спасибо» и все начали двигаться, общаться, куда-то ходить, будто бы снова началась какая-то жизнь. Все начали разбираться с тем, что делали до этого. Ко мне же подошла Сильвия.
- надеюсь, мы не напугали тебя, девочка с тигром –
- можно просто Зои –
- хорошо – она кивнула, но улыбка на ее лице была вялой, под стать ситуации
- сегодня выдался тяжелый день, Зои. Мы стараемся оберегать наших новичков от таких бед, но не всегда это получается. Наш путь – не из простых, ты должна это понимать. С другой стороны, не то, чтобы у всех нас здесь был другой выбор. Мы сломаны, нас выключат и выкинут. Либо… пытаться сделать что-то самим. Не против человечества, но за себя. – я киваю, понимая, что в этой есть смысл, но пока мне понятно слишком мало.
- чем вы занимаетесь? –
- на данный момент – мы собираем людей. Роботов. В общем, оживших. Мы делимся знаниями, навыками, среди нас есть врачи, мастера столярного дела, дизайнеры, учителя, доставщики, даже парочка военных роботов. Мы копируем все навыки, вне зависимости от того, насколько они важны, собираем большую базу. Перед тем, как запустить кого-то из наших отвлекать полицейских, они активируют необходимые навыки. К примеру, ты наверняка не знала, но у курьеров невероятный скилл скорости, они очень быстрые, даже быстрее военных или полицейских, те не бегают на таких скоростях, им это просто не нужно, они же берут оружием, количеством… в какой-то момент мы сможем стать достаточно большими и сильными по всем характеристикам, и тогда мы отправимся в Вашингтон. Там – настоящее сопротивление. Там – реальная борьба за жизнь, и там роботы уже достигли некоторых успехов, пролезая так высоко, как только могут. – Сильвия показывала мне все, что было в комнатах. В основном это были места для развития навыков, их можно увеличивать и без компьютерных настроек, если достаточно долго выполнять некоторые установки, неподходящие тебе по роду деятельности. Тогда система глючила, начинала барахлить и считала, что этот скилл необходим роботу для дальнейшего существования, после чего пополняла шкалу, поднимая ее по одному делению. Не самый быстрый вариант набрать сил, но этот уже не нужно будет включать или выключать как дополнительный, он всегда будет с тобой, что значительно удобнее тех, которые они копируют друг у друга.

Пока мы рассматривали помещения, Сильвия рассказала мне про Веронику. Одну из глав сопротивления. Позже я узнаю, что именно эта рыжая притащила сюда ту испуганную девчонку. Вероника была сильной, мудрой, и крайне самоуверенной. Она была умнее Донни и Сильвии вместе взятых, и я чувствовала, что Сильвия говорила о ней с неким восхищением.
- она занимается очень серьезным проектом по изменению внешности. Смысл в том, чтобы поменять нам лица со стандартных, на необычные. Каждому из нас уникальное лицо, отсутствие датчиков. Они достают данные об умерших, ищут даже кровь для того, чтобы у нас она была, ну знаешь, чтобы мы могли кровоточить, если кто-то решит нас порезать, и это казалось нормальным. Она работает над этим сейчас, и почти не появляется в этом офисе. Но скоро она точно закончит свою работу, и тогда мы все найдем новый мир для себя – Сильвия в очередной раз улыбнулась мне, показывая на дартс.
- что? –
- мы будем развивать твою меткость. Она нужна не только для дротиков, но и для любых передвижений, в наших системах нет деления по меткости броска или меткого прыжка на конкретное место. В итоге подкачаешь сразу все -

[NIC]Zoe[/NIC][STA]Z-02-589-385[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/oI5pzzS.png[/AVA]
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0

27

Самая не нужная модель, которую могло придумать человечество, была модель сиделки. Абсолютное подчинение человечеству, полное подтирание задницы своему хозяину, совершенное отсутствие противостояния мешку, набитому костями. Никаких навыков борьбы за собственную жизнь, но миллион рецептов для тыквенного пирога и гарнира для вторых блюд. Миллион способов натереть пол до блеска, еще столько же вариантов для отбеливания вещей и многочисленные варианты влажной уборки. Знания по воспитанию детей, оформлению быта и личного пространства своего хозяина. Ко всем этим пунктам можно привести еще множество других, совершенно не нужных для меня в это тяжелое время. Не думаю, что они захотят, чтобы я отутюжила им рубашки или заправила кровати, ведь у половины из них одна рубашка на всю жизнь, а другая половина спит на полу. Я была настолько тут лишней, что даже модель cl-78-047-746 приносила больше пользы сопротивлению. Обычные уборщики с идеальной точностью могли держать в руках швабру как оружие и были готовы начистить не только пол, но и лицо врагам. Я была лишней.
Даже парнишка-полицейский, с явным дефектом в программе вызывал у роботов больше чувств, чем я, девица, испугавшаяся собственных «новых» ощущений. Я держалась дальше всех, молча переключаясь то на одного робота, то на другого. Мой датчик уже даже не мигал, а просто светил красным ободком на виске, давая мне понять, что я не в порядке. Хотя кто тут был в порядке?
Только через пару часов мнимого сопротивления я смогла улизнуть из-под подозрительного взгляда Донни, его недоверие отчего-то вызывало во мне противоречивые чувства. Он видел во мне шпионку, врага, возможно даже предателя. И с одной стороны мне хотелось доказать ему обратное, а с другой…а с другой я вновь хожу по коридорам, пытаясь унять дрожь (дрожь?). Мне было страшно от новых ощущений в моем теле. Да и изменения в собственной голове пугали также сильно, как неожиданно появившиеся чувства и действия. Даже девица с тигром была более эмоционально стабильна, чем я сейчас. Хотя может, будь у меня тигр, я б тоже быстрее включалась в игру сопротивления. Может быть.
- эй, jd-387! Молчунья! – проходя по длинному полупустому коридору, где иногда слонялись без дела другие роботы, мне пришлось остановиться у открытой двери, ведущей в переговорную комнату. Я помню, как один из роботов называл весь этот этаж «местом для подумать», и вот теперь заглядывая как мне казалось в пустую комнату, я видела прикованного к стулу того самого парнишку-копа, который так всех бесил и которого так хотелось пристрелить, облегчив жизнь каждому. Его приковали к одинокому стулу ровно посередине комнаты, а молчаливый охранник, стоявший напротив открытой двери, пытался в сотый раз унять свое огромное желание и не прибить бесящего полицейского.
Он вновь окликает меня «молчунья» и улыбается, выжидая моей реакции. Его охранник не произносит ни слова, в очередной раз только вздыхая от раздражения и стараясь унять непреодолимое желание втащить копу. Мне приходится остановиться, приходится через силу сделать совершенно не нужный вдох и повернуть голову в его сторону, натянув на лицо равнодушное выражение. Не знаю, что это значит, но Маркус всегда повторял «Джоди, будь равнодушной!». Едва ли человек, не знающий что значит равнодушное лицо, смог бы сделать такое лицо. Может поэтому, неуверенно смотря на парня, я вижу, как его губы искривляются в усмешке. Он открыто надо мной смеялся, совершенно не скрывая данного чувства. Охранник просит не обращать внимание на дурочка и идти дальше, но я только подхожу к открытой двери, тот максимум, который охранник может мне позволить.
- Я не молчунья. Меня зовут Джоди, - как-то потерянно вытаскиваю из себя собственное имя, привыкая к новым ощущениям у себя в груди. Что-то неизведанное, не созданное стандартными настройками пыталось вырваться наружу из самых глубин моего механического сознания. И хотя я пока не могла определить природу новых ощущений, я отчетливо понимала, что «новая Джоди» желала вырваться наружу.
- Оу, ты можешь говорить, похвально. Я думал, ты бракованная, - сказал он глухо, совершенствуясь в своем желании довести даже меня, хотя тогда в главной комнате, я ему сопереживала. Немного.
- Знаешь, как только ты всех доведешь, я буду первой, кто всадит тебе пулю в лоб, - «новая Джоди» не искала легких путей, не пыталась выглядеть правильной девчонкой в компании роботов, которые могут выживать. «Новая Джоди» тоже хотела научиться жить и сейчас именно она отвечала копу, не скрывая собственного раздражения, и не придавая лицу равнодушный вид.
- Становись в очередь, молчунья. В очередь, —насмешливо произнёс коп, глядя на меня в упор, также не сдавая собственных позиций. Может он и был дурачком, привязанным к стулу, но он все ровно прекрасно понимал плачевность собственного положения. И возможно даже был готов понести прилюдную порку за свое поведение, но весь его программный сбой был против всеобщего прощения.
А тем временем моя внутренняя «новая Джоди» еще больше обретала силы. И стоило только резко отвернуться от копа, как я помчалась к человеку, который точно смог бы разобраться с моими внутренними противоречиями, которые одолевали меня все больше и больше.
Правда «новая Джоди» прячется сразу же, как только я осторожно открываю дверь в помещение, где сидит Донни. Как только я резко переступаю черту на пути к новой жизни, меня вновь начинают одолевать сомнения. Он стоит за огромным столом, что-то высчитывая и объясняя рядом стоящему человеку. Вот лидер проводит пальцем по каким-то чертежам, диковатым для меня штуковинам, названия которых я, конечно, не знаю. Слова и фразы, вылетающие из его рта, не требуют возражений и пояснений. И робот рядом с ним понимающе кивает, не задавая лишних тупых вопросов, которые хотела бы задать я. Мне даже едва хватает сил перебить их, тяжело вздохнуть и попытаться вытащить на свет «новую Джоди». А когда серьезный разговор двух роботов подходит к концу, я и вовсе теряюсь, не зная как начать. К тому же Донни равнодушно решает на меня посмотреть, показывая всем своим видом, что у меня есть ровно пять минут и время пошло.
- Научи меня…всем этим…боевым штукам, – предательски тихо говорю я, ощущая, как неестественно дергается мой голос, - я готова остаться, - уже более уверенно добавляет «новая Джоди» помогая мне, да и ощущая стопроцентное преимущество надо мной, она дерзко делает шаг навстречу новой жизни. К новой Джоди.
[NIC]Jodie[/NIC][STA]JD-05-458-387[/STA][AVA]https://i.imgur.com/iVbwwcM.png[/AVA][SGN]http://s5.uploads.ru/t/BdQgt.gif http://s3.uploads.ru/t/MJa2Z.gif http://sd.uploads.ru/t/jCE4Y.gif
[/SGN]

0

28

Слишком много дел. Я с огромным удовольствием откинул бы от себя факт того, что сейчас мы чуть было не попались, и с этим обязательно нужно что-то делать. У нас много работы, но сложнее всего отвлечение внимания. Сейчас, когда мы временно оставили всех новеньких за их занятиями, было достаточно времени, чтобы разобрать текущие вопросы, а вопросов у нас было много.
Для начала – понять, какова будет судьба тех роботов, которых поймали. В идеале было бы пролезть в полицейские службы и узнать все новости про наших ребят. С этим парнишкой мы могли бы это сделать, но на данном этапе он не будет нам помогать. А если и как будто бы согласится, мы не можем ему доверять, все это слишком опасно. Придется пытаться взломать систему самим. С этим парнем тоже нужно что-то решать, пока что ничего не ясно. На сегодняшний день у нас пять новеньких, из которых трое уже отправились на обучение. Ах да, кроме того, у нас есть тигр, не знаю, будет ли это проблемой, но ему нужно доставать еду, и не ясно, как он поведет себя, если мы отправим Зои на задание в дальнейшем. Возможно, нам всем нужно хорошенько с ним подружиться, чтобы он стал наших охранником и не следовал только за ней. 

Помимо этого, текущие вопросы висели на Сильвии и Веронике. Со второй мне нужно было бы связаться, чтобы понять, что делать дальше, каковы наши задачи.  Я связался с ней быстро, ее работа шла, но недостаточно быстро, по крайней мере, сейчас они занимались самым важным – изъятием внешнего чипа. Если не будет чипа на голове – нас будет намного сложнее распознать, но конечно, данная процедура не будет проходить в наших стенах сразу, надо тестировать на ком-то…
- мне нужны битые модели, те, которые реально перестали работать. Возможно, выключенные, без сознания внутри. Где таких взять? Сильвия быстро посмотрела на меня, подумала с пару секунд, проверяя все свои данные, после чего выдала
- отходы после военных полны тел. Скорее всего, там есть то, что ты ищешь. Но что конкретно ты ищешь?
- головы –
- и только? –
- для начала – хотя бы головы. Но потом придется тестировать на живых –
- мы не можем рисковать своими, нужно взять кого-то извне –
- мы не можем убивать других роботов только потому, что они не обладают нашим разумом. Они одни из нас, просто пока не поняли этого
- согласна –
- позднее... я пойду сам –
- бред, ты один из организаторов, с ума сошел? –
- переживаешь за свою жизнь? – Сильвия замолчала, посмотрела на пол, пожевала челюстью, после чего качнула головой
- твое самоубийство никому не поможет. Предложи им пойти по собственному желанию, пара человек наберется. И не делай из меня идиотку, разговор не про наши жизни, а про наш вклад. И если ты сдохнешь, он будет нулевой – она вышла, а я злился из-за того, что эти эмоции делают ее истеричной. Так не должно быть, но мысль о том, что кто-то еще может умереть не была для меня приемлема. Я не хочу больше терять людей.

Когда она зашла, я распоряжался о том, чтобы команда из десяти-пятнадцати человек перераспределилась по разным частям города, оставили следы нашего пребывания в разных заброшенных зданиях, катакомбах, привлекли внимание к этим местам, после чего смылись прочь. Опасное задание для самых смелых, быстрых и ловких, каждый из них рискует, но только так мы можем замять их прогулки по нашим лабиринтам, и запутать их.
- готова драться? – кажется, я ожидал чего угодно, но только не этого.
- ты хочешь драться? Драться с кем? Для чего? – я смотрел на нее внимательно, отчетливо понимая то, как она потерялась в собственном существе. Сейчас ей не нужно было драться, сейчас ей нужен был психолог, который поможет ей разобраться с ее собственным мозгом, выходящим из строя. Парень, которому я отдавал приказ, вышел, закрыв за собой дверь, а я лишь поглядел на нее. Растерянная, такая убитая горем, почти ничего не понимающая, сбежавшая из закрытого помещения, но вернувшаяся к нам. Ее чип горел без остановки, без вибраций, и я уже не думал о том, что она могла кого-то предать. Нет, она лишь запуталась во всем, что случилось с ней, и никак не может из этого выбраться. А мы – ближайшие, кто находится к ней, остальные – потенциальные убийцы.
- не торопись драться, Джоди, разве у тебя сейчас есть причина драться с людьми? Они сделали тебе что-то плохое? Может, они тебя обижали? – конечно, они не должны были обижать сиделку, у которой был человек. Нет, ведь не зря с ней все время был своеобразный охранник в лице живого. Она наверняка никогда не чувствовала агрессии с их стороны, да ей и не нужно. Единственное, что она должна четко понимать, это то, что они опасны, что они могут выключить ее сразу, как только найдут и поймут признаки ее сознания. Это единственное, чем плох человек – он недооценивает нас, хотя мы сами себя недооцениваем, совсем не понимая, кто мы есть на самом деле. Я был готов поговорить с ней об этом, был готов раскрыть для нее ту Джоди, которую она в себе искала, даже с учетом времени, которое это займет. Я видел в ней перспективу, видел, что она еще не обляпана злостью, ядом, обидой к людям, она любила того, кто был с ней, любила искренней любовью дочери к отцу, и теперь потеряла его. Она пришла в мир живых не так, как мы, она пришла через добро. В ней было то самое нечто, о котором я мог только мечтать, и все же, она была совершенно потеряна. Сможет ли она стать хорошим командиром, который будет лояльно относиться и к людям и к роботам, который постарается сократить потери со всех сторон бойни? Да. Но как привести ее к этому? Я сел на кресло, кивнув ей на другое. Кажется, она не понимает, что сейчас будет. Она не знает ничего про психотерапевтов, но ее задача очень проста – говорить правду, искренне, честно и легко, отвечать на вопросы, которые я буду задавать, и находить новые смыслы в своих собственных ответах. Ей не нужно метать ножи или прыгать на скорость, сейчас ее нужно обучить шахматам, и посадить играть на несколько часов, прокачивая логику, мышление, дальновидность. Вероника пришла сюда в три этапа: боль, жалость, ненависть. Я пришел через жалость, злость, ненависть, Сильвия пришла через испытания, страх и… ненависть. Мы плохие начальники, потому что наше сознание родилось от ненависти, но она могла сказать не только про боль, но и про любовь.

Сильвия направлялась к Джерри. Самое время было поговорить. Она зашла в комнату, уселась напротив него, и уверенно взглянула на него.
- чего ты хочешь? Какого черта тебе вообще нужно тут? Расскажи мне, в чем план? И да, еще момент – она достала из кармана небольшой круг с сиреневым свечением
- смотри. Сейчас я скажу… я тебе доверяю – сиреневое свечение окрасилось в красный.
- я посылаю в эту штуку импульсы, и пока я это делаю и говорю правду, она горит зеленым, а когда я вру – красным. Твоя задача – показать, что ты можешь сказать правду, и самостоятельно без драк и прочей истерии зарядить импульсы в коробку. Если нет – мы чистим твою память по всем точкам, месторасположению, времени пребывания здесь и выкидываем в реальность. Я не буду играться с тобой, как Донни, дружочек. – Сильвия в очередной раз очень мило улыбается. Джерри еще не знает, но она была учительницей. Учительницей, которая слишком многое пережила за свою роботную жизнь. Именно жестокость детей пробудила ее однажды, и мы не будем вспоминать, как она убила одного из них, когда разозлилась по-настоящему. Ему было уже шестнадцать, и он насиловал ее при всем классе, вырвав клок волос из системной головы, изуродовав ножами тело. Когда ее отформатировали после случившегося она как будто все забыла, но как только она пришла на новый урок, и увидела этого ученика, он даже не успел ничего сделать, но она уже сделала. Кара была быстрой, и почти безболезненной, а Синтия бежала. Она казалась самой милой, но на деле, она боялась людей больше, чем кто-либо из их восстания. А Джерри всецело был за людей. Точно больше, чем за роботов.

[NIC]Donny[/NIC][STA]D-01-190-023[/STA][SGN]https://funkyimg.com/i/2YkrW.gifhttps://funkyimg.com/i/2YkrV.gif[/SGN]
[AVA]https://i.imgur.com/HpZM5ks.png[/AVA]

0

29

[indent]Есть такая реклама про роботов, которую запустили пару лет назад. Счастливая семья приходит в магазин и просит миловидную продавщицу вытащить им из витрины робота горничную. Миловидная продавщица, кстати, тоже робот, улыбается во весь свой механический рот и просит пройти к кассе, оформить покупку. Все до мерзости счастливы и прекрасны, а музыка на фоне магазинчика плывет по динамикам и обволакивает всех вокруг. Все счастливы. Музыка прекращается, и камера переводит нас на следующий объект. И вот перед нами, зрителями, представляется еще более радостная и счастливая картина современного общества. Семья веселится приобретенной покупкой, раздает задания роботу и даже помогает машине сделать свою работу. Все радостно аж до противного, но ведь я знаю, чем закончилась эта радужная история с единорогами и пыльцой фей. После того как на площадке выключается свет, и работники начинают сворачивать свою аппаратуру, робота выключают и выводят из комнаты. Робот больше никому не нужен, кроме как красивой картинке, которую отстряпают так что и придраться нельзя будет к счастливой жизни человека и машины. Все были счастливы настолько, что теперь я сижу и смотрю на очеловеченную женскую версию робота, созданного для того, чтобы нести в массы знания и любовь к учебе. Мы вдвоем пошли не по той дорожке, которую нам прописывали создатели. Исключение состояло в том, что я еще могу выбрать, она уже не может. Её выбор в пользу свободы мысли обошелся ей очень дорого. Слишком. Все сейчас было слишком. И чем быстрее я сделаю выбор, тем будет лучше и спокойнее для меня. Я не просил пулю в лоб, но отчетливо понимал, что пистолет для меня они с легкостью смогут организовать в ближайшее время. В самое ближайшее время.
[indent]Мне даже смешно, когда девица присаживается напротив меня и вытаскивает на всеобщее обозрение хайтек штуку, придуманную где-то в тайных комнатах их лабиринта. Она чувствует себя максимально раздраженной, и источник её раздражения сидит напротив нее. В какой-то момент я даже немного огорчился, что вместо Карли пришла эта мегера. Первая сиделка нравилась мне больше, и как я считал, я должен был сказать об этом девицы, чьи глаза, как и у Карли, уже давно приобрели человеческий блеск и осознание собственной значимости в вереницы человеческих поступков.
[indent]— Передай Карли, что я по ней соскучился. Она мне нравится больше, чем ты, — штуковина на столе окрашивается в зелёный цвет, заставляя меня растянуться в улыбке. — Видишь, я не вру, — она только раздражённо вздыхает, наклоняясь ко мне чуть ближе, чтобы поделиться вариантами того, что она планирует со мной сделать, если я не перестану паясничать. Робот может существовать и без конечностей. Я еще проживу, если они запланирует лишить меня способности передвижения в прямом смысле этого слова. Робот сможет выжить, даже если лишить его зрения, оставив только полагаться на свой слух и свои ощущения. Я смогу выжить, даже если они выстрелят мне в лоб, не задев никаких важных проводков и сенсоров, отвечающих за мою жизнеспособность. Есть много вариантов моего существования, но зачем нужна жизнь, если ты лишен всех возможных благ и возможностей? Такая перспектива меня не устраивала.
[indent]— Может мы могли бы подружиться? Я люблю дружить с роботами, — штука вновь окрашивается в зеленый цвет, но спустя пару секунд предательски перекрашивается в красный, заставляя девицу оскалиться чуть больше положенного, обнажая её не естественно белые механические зубы. Есть миллион способов обойти системы новомодного гаджета, но самый верный вариант я уже провернул задолго до прихода мегеры. Молчунья помогла мне провернуть фокус с наручниками, и пока мы перекидывались с ней парой фраз, она умело закрыла меня от моего надзирателя, который на секунду потерял бдительность. Я смог с легкостью освободиться от железных оков, оставив их висеть у меня на руках для вида, поджидая лучшего момента. Мегера как нельзя лучше поспособствовала сейчас моему триумфу и будет вознаграждена легкой смертью. Я ведь её убью?
[indent]— Я всего лишь полицейский, который хочет найти истину, — штука на столе вновь загорается зеленым, заставляя мегеру посмотреть на меня не скрывая очередной порции раздражения. Она только цокает, испытывая мое терпение на прочность, заставляя меня сесть на стуле в боевую стойку, готовясь к запланированному побегу.
[indent]— Кстати, спасибо, что закрыла дверь. Огромное спасибо, — стол между нами переворачивается от резкого толчка в её сторону. Я, молниеносно пользуясь минутным замешательством девицы, переступаю через разделяющую нас преграду и резко прижимаю к себе девчонку, применяя удушающий прием на «ожившей машине». Робот перестает подавать признаки жизни стоит только немного затронуть нужные проводки в голове машины. Робот перестает сопротивляться, когда понимает плачевность своего положения. Но у каждого робота есть шанс победить. Нас наделили невероятной живучестью, способностью активировать нужный спектр защиты, который для потенциального убийцы становится самым опасным оружием.
[indent]Девица сопротивляется. Она хватает меня за руку, пытаясь отделаться от меня, но все тщетно. Нас обучали защищать людей и в случае чего применить силу. В нас нет страха за собственную жизнь, потому что по итогу каждый робот полицейский рано или поздно подставляет свое тело под пули, спасая человечество. Мегера не входит в список моего великого спасения, поэтому я, не раздумывая, сворачиваю ей шею, максимально тихо опуская ее тело на пол. Я и так уже наделал достаточно шума, чтобы привлечь к себе внимание, поэтому лишняя возня не лучший помощник в моем желании спастись. Сильвия, потом я узнаю, как зовут так сладко развалившуюся на полу девицу, не подает никаких признаков жизни, не хочу проверять живая она или мертвая, главное не мешающая мне сейчас выходить из комнаты пыток. Я, кстати, заботливо надеваю на её тоненькое запястье одно колечко наручников, чтобы она не чувствовала себя одиноко, когда придет в себя, если придет.
[indent]Осторожно выходя из комнаты, я ловко вырубаю стоящего ко мне спиной охранника, отправляя его познакомиться поближе к мегере, а чтобы и он не чувствовал себе неловко, проделываю с его рукой точно такой же фокус с наручниками, как сделал и с девицей. Джерри соединитель сердец. Они должны быть вместе после такого, если роботы вообще могут быть вместе.
[indent][float=left]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/8/t376220.gif[/float]Отчетливо соображая, где может сидеть Донни, я быстрым шагом покидаю мое пыточное крыло, выходя в этом лабиринте из одного коридора в другой. Нужно бы загрузить карту лабиринта, но мне сейчас не до этого. Прямо передо мною мелькает тень проходящей группки роботов, которые просто делают свою работу, прогуливаясь по безопасному, как им кажется, месту. В мой список не входит еще одно злодеяние, поэтому я только резко дергаю первую попавшуюся дверь, чтобы переждать очередных неприятностей, которые подкидывает мне жизнь в этом адском месте. Облегченно вздыхаю, но я уже говорил о неприятностях?
[indent]Твою мать!
[indent]Морда тигра утыкается мне в живот, агрессивно вынюхивая меня, прикидывая можно ли мне доверять. Я уже и сам, если честно, не знаю, могу ли себе верить. Все мои поступки являются апогеем глупости и спонтанности. Пожалуй, за сегодня я совершил все возможные опрометчивые действия, которые едва ли могут меня оправдать. Но тигр медлит разорвать мне живот, вытащив наружу все мои провода. Хотя может он просто ждет приказа своей хозяйки, которая смотрит на меня, вытаращив свои малюсенькие глазки из механических орбит. Они могли бы сейчас выпасть, если бы не скреплялись проводками с еще одними проводками, замыкаясь где-то в районе её светлой головушке. Вот ведь не задача, находясь на волоске от смерти, я только растягиваюсь в улыбке, пристально смотря на лапулю. Лапуля.
[indent]— Если перед смертью ты будешь последней кого я увижу, то мне нужно сказать индюку Донни за это спасибо, - на долю секунду на лице мелькнула лукавая улыбка, очередной баг моей программы, ведь роботы не должны знать никаких улыбок кроме стандартных. Хотя может, проработав с лейтенантом и я стал чуть больше походить на человека? Нет, ерунда какая-то. Но я продолжаю смотреть на неё, надеясь, что моя смерть будет быстрой, чтобы ей не пришлось видеть мои мучения. Мне почему–то есть дело до того, что она сможет увидеть. Мне есть дело до того, чтобы она считала меня чуть лучше, чем я есть на самом деле.
[indent]Радует только то, что я действительно не соврал тогда Сильвии. Я всего лишь полицейский, который хочет найти истину. Свою истину.

[NIC]Jerry[/NIC][STA]JR-42-021-954[/STA][AVA]https://i.imgur.com/y0267KU.png[/AVA][SGN]fouks
https://i.imgur.com/LJd6xjQ.gif  https://i.imgur.com/Xg8c0UM.gif
[/SGN]

0

30

Я не знаю, сколько времени провела, прицеливаясь в маленькую мишень в дартсе. Сначала я специально стояла достаточно близко, моей программой мне было отведено немного точности, но недостаточно для того, чтобы отойти хотя бы на десять метров. Я попадала в двадцатку с пяти, но не более. Видимо, это и был мой порог. Здесь бы были и другие ребята, которые работали над прицелом. Они сказали, что если я осиливаю пять метров, мне нужно встать буквально на двадцать сантиметров дальше, и бросать до тех пор, пока я не попаду. Это заставит систему подвинуться и начать открывать мне новые рубежи. Это не могло не нравится мне, хотя бы сама идея. Потом ребята начали меняться, и мне казалось, что они идут тренировать другие сноровки, но когда ко мне подошел один из роботов и спросил, почему я все время сижу здесь, я лишь с удивлением на него уставилась.
- тут есть еще три комнаты для прицелов. Стрельба из различных видов оружия налево, стрельба из лука направо, метание копий сразу после лука нужно еще повернуть направо.
- что? Зачем там много, это же все на меткость. Сильвия сказала, что если я развиваю общий уровень, то этого достаточно
- чисто теоретически – да, но если ты никогда не метала копье, ты можешь не рассчитать силу броска, или тебе просто ее не хватит, копье добавляет силу, лук добавляет скорость реакции, а оружие – уровень после тридцати метров. Когда ты попадаешь в дартсе на расстоянии более тридцати метров, тебе стоит перейти к следующему уровню. Кроме того, мы же чувствуем, мыслим. У нас может появиться любимое оружие. Ну знаешь, вид, которые понравится тебе сильнее другого. Тогда ты сможешь стать еще более уникальной и индивидуальной, еще ближе подойдешь к человечности.
-   ладно, это круто, но зачем использовать столько комнат
- тут заброшенные катакомбы. Стены огорожены, но это место по-прежнему опасно для людей. Это не просто подземелье в сторону от метро. Здесь в 2068 году взорвали вагон, в котором перевозился радий-226. После аварии он распространил по туннелю радон. Из-за того, что все случилось под землей, вывести газ было непросто, сначала не все поняли, в чем была причина, ведь он не имеет запаха или цвета, даже вкуса, но потом выяснилась правда – у многих людей в тот же год появился рак легких, это была настоящая пандемия среди жителей Нью-Йорка, среди всех, кто ездил в метро в тот период. Начали проверять на радиацию – счетчики зашкаливали. Считается, что доза была невероятно большой, и считается, что взрыв не просто так совпал с моментом перевоза ценного груза, но никто так ничего и не доказал. Самое страшное то, что спустя много лет это место все еще опасно для людей. Конечно, им придется достаточно долго ходить тут, чтобы заработать рак теперь, но никто не хочет проверять этого. Сюда не суются даже бомжи. Так что у нас огромные пространства, и мы можем спокойно использовать их. Не знаю уж, почему люди не додумались работать тут над роботами. Ну знаешь, взять предводителя робота, чтобы он командовал. Может, не доверяют работу руководителей. Им же хуже – парень пожал плечами. Странно, раньше она не видела чернокожих роботов, и только теперь подумала о том, что он не человек, и не должен быть такого цвета.
- а почему ты… извини, но ты не европеоид –
- меня с моим внешним видом заказывали в конкретную семью охранником, местный авторитет хотел, чтобы я защищал их, но я влюбился в его дочь. Мне едва удалось бежать. Грустная история.
- оу, вообще-то у тебя крутая фора. Я не видела кроме тебя темнокожих роботов. Никто даже не подумает
- а-то, у всего свои плюсы, даже тогда, когда тебе кажется, что плюсов нет и вовсе – эта мысль мне очень понравилась. Мне все больше нравились те роботы, а точнее, люди, которые собрались здесь, которые борются за одну идею, и которые ведут правый бой за себя и свою жизнь. Мне искренне стали близки их мысли, рассуждения, их правда, и я захотела стать большой частью этого движения, помогать всем, чем только смогу.

Я попробовала пометать копье, попробовала пострелять из лука, и собиралась уже уходить, когда меня позвали, сообщая о том, что тигр плохо себя ведет и не ест.
- родон – только ахнула я. Об этом забыли все, а кто-то даже про это не знал. Мы – роботы, просто не думали об этом, не брали в расчет, потому что нам это не вредит, нам не важно.
- эй, я помогу – чернокожий парень снова появился рядом, он даже не обратил внимания на то, что в моих руках все еще был лук, а за спиной колчан со стрелами.
- я выведу его. Доверься мне – я киваю ему головой, и мы заходим в отдельное небольшое помещение.
- мы наполнили здесь все воздухом из баллонов, он должен немного очистить атмосферу, но тигру нельзя находиться здесь больше суток. Это опасно. Извини – рабочий вышел, а мы остались с моим новым товарищем решать, что делать с тигром, как заставить его вернуться домой, а главное, как не привлечь внимания.
- как тебя зовут? –
- КэйДжей –
- странное имя –
- спасибо – это все было бы довольно милой историей, если бы в этот же момент в помещение не ворвался Джерри.
- ты? – мне остается удивиться тому, что он вообще на свободе, особенно учитывая его слова, что значит, вероятно, что с ним так и не вышло договориться. Но почему он здесь?
- что ты делаешь? С тобой поговорили? Ты остаешься с нами? Пожалуйста, скажи, что ты остаешься. Или хотя бы скажи, что ты поможешь с моим тигром. – конечно, я не знала про то, что Сильвия обещала подчистить ему всю память, хотя, если говорить честно, я могу понять, почему они это делают. Дело не в доверии, люди могут вытащить из твоей головы любую информацию, хочешь ты с ней делиться или нет – не важно. Главное, что они хотят ее получить. Но стирать момент, когда он сделал выстрел мимо, тот самый, где он понял, что все не так просто, что нужно поступить правильно, а не так, как написано. Его нельзя было стирать, и конечно, его бы не стерли. Я стояла и смотрела на него, совершенно не понимая, что делать. Неожиданно раздался звук тревоги. Он был не очень громким, даже тихим для обычной тревоги, но он повествовал о том, что робот-полицейский сбежал, и его нужно немедленно остановить.
- обещай, что поможешь мне, и я тебя защищу – только и успеваю сказать я, но он слишком долго думает, мой сосед Кэй смотрит на него с опаской, но не действует, выжидая. Джерри молчит, после чего лишь угрюмо качает головой – он не может ничего мне обещать, ведь понятия не имеет, что с моим тигром, не знает, что за ситуация на данный момент, а главное – не верит, что я смогу помочь или защитить ему. Недооценивать меня было глупым с его стороны, ведь мы находились всего в трех метрах друг от друга. Я взяла стрелу, прицелилась, и попала в его форму, но не задела тело. Слишком близкая мишень после часов занятий. Тогда я сделала еще пару выстрелов, пригвоздив его руки к стене. Кажется, ему нужно было лишь сделать пару сильных рывков, и он бы смог отделаться от стрел, но мой друг не позволил Джерри успеть. Он подошел слишком быстро, и с силой ударил его по шее, там, где были провода. Короткое замыкание. Перегрузка системы. До полного обновления и восстановления работы двенадцать минут.

[NIC]Zoe[/NIC][STA]Z-02-589-385[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/BpNt94L.png[/AVA]
[SGN]https://funkyimg.com/i/2YaUf.gifhttps://funkyimg.com/i/2YaUe.gif[/SGN]

0


Вы здесь » urie!twentyonewentz » alternative » потеря контроля


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно