Сейчас она смотрит на него счастливыми глазами и не планирует думать о репутации и деньгах в ближайшее время.
его просто кинут в психушку, идеальное окончание службы.
У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

urie!twentyonewentz

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » urie!twentyonewentz » Lavvie & Set » s.2 le roi est mort, vive le roi


s.2 le roi est mort, vive le roi

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

31 декабря 2020

Лав и Сэт

https://i.imgur.com/anskQPy.jpg

0

2

[indent] Его лицо излишне симпатичное скрывают длинные волосы, непослушные порой, лезущие в лицо, которые он вечно собирает в глупый хвостик, делающий его просто парнем, а не королем вечеринки. Он становится просто Джимом, а если точнее, просто Сетом. Сетом, к которому сложно не проникнуться, не привыкнуть к которому было бы глупостью, которой Лавви себе позволить не могла. В его кампании ей стало неловко говорить свое имя, слишком милое, и теперь она звала себя Лав, представляясь его очередным друзьям. Лавви она оставалась с бесконечно смешливыми подругами, с Отто, который, казалось, совсем забыл об их договоренностях, с кем угодно, но не с Сэтом, не с его друзьями. С ними ей хотелось стать кем-то другим, лучшей версией себя, рядом с ними хотелось двигаться быстрее, дальше, лететь выше. Рядом с ними появлялся смысл стремиться к чему-то новому и искренне верить в себя. И да, несмотря на то, что рядом с Отто ее мысли уже не были так сильны, она все равно ждала его. Она ждала его, как с войны, как из тюрьмы или как из морского путешествия дальнего спутника, она ждала его как в последний раз, в придыханием и надеждой. Это уже нельзя было объяснить логикой, лишь наваждением – она потратила столько лет, и теперь хотела награду, хотела свой сундук мертвеца за все годы странствий с ним. Ей нужна была эта новогодняя ночь, пусть новый год – ничего не значит, пусть это даже не праздник толком, ведь все праздную Рождество, это не важно. Отсчет в Новый Год она хотела начать уже с другой жизнью. Либо жизнью замужней дамы, что провела эти годы рядом с мужчиной, ценящим ее интересы и убеждения, либо девушкой покинутой самим миром, но открытой к новому. Новому миру, который заставил дать трещину всему, что было ранее. В этом смятенном состоянии было сложнее всего оставаться нежной к Отто. С одной стороны – он может помнить, может уважать ее, знать и осознавать всю серьезность ее намерений, но с другой, отдавая ему слишком много нежности, ей будет невыносимо остаться одной после. Это будет в разы сложнее. Она складывала в себе за и против, ломала голову и ногти, кусала губы и вздыхала так тяжело, что окружающие интересовались у нее, все ли в порядке. Ни-че-го не-в-по-ряд-ке.
- да, конечно, я задумалась о работе/домашних хлопотах – вечно отвечала она, да, конечно. Конечно. Это разбивало ей сердце, но были люди, имеющие над ней власть и влияние, заставляющие ее краситься на вечеринки, выходить в свет, смеяться, пить шампанское и стараться быть счастливой хотя бы в их обществе. Эти люди стали ее семьей, и несмотря ни на что, останутся с ней, независимо от того, как решит Отто, что будет – они рядом, и это согревало все ее естество. Девочки не хотели ничего знать, так что Рождество они провели вместе, она, Отто, девочки и их нынешние ухажёры/вечные парни, все собрались за шумным столом, а после гуляли по сумасшедшему городку, освещенному фонариками и счастливыми лицами прохожих. С Сэтом она смогла встретиться лишь двадцать восьмого числа, приехав в его квартиру-студию после работы. Они не виделись почти неделю, и он был рад ее видеть, хотя все его естество по какой-то причине выражало тревогу и обеспокоенность, заботу и краткость. Он был крайне спокоен, открывая дверь, вглядываясь в ее лицо, так же спокойно отодвинулся, давая ей пройти, он выглядел как никогда задумчиво и мирно, он был где-то в своем мирке, где Лав была некстати, а может, просто невовремя.
- о, ты подстригся – его лицо вновь оказалось открыто от волос, и она смотрела на него с улыбкой. Он заботливо предлагал ей напитки, закуску, хотя в холодильнике у него было шаром покати, и из закуски были начос и корнишоны, что составляли странную партию, но Лав не ожидала другого. Она торжественно вручила ему коробочку, упакованную в красивую оберточную бумагу с гитарами и барабанами, которую ей пришлось искать примерно целую вечность. В коробке был фотоаппарат. Конечно, не кенон с огроменными линзами, это он мог и сам себе купить при желании, это был фотоаппарат моментальной печати. Ей пришлось обыскать половину магазинов города, проконсультироваться с десятком продавцов и прочитать множество отзывов перед тем, как она смогла сделать тот самый выбор, который, между прочим, неплохо ударил ее по кошельку – двести пятьдесят баксов на кассу и в ее руках оказался он. Да, она понимала, что Сэт оценил бы и старенький полароид, но полароиды были слишком громоздкими, неудобными в носке, а Сэт же вечно куда-то бежит, его камера для воспоминаний должна быть не слишком большой, но при этом, если у него будет действительно романтичное настроение, к камере идут три линзы и можно снимать все вокруг именно так, как ты видишь, как хочешь видеть. Конечно, она купила полный комплект с бумагой и всем-всем-всем, даже не задумываясь о том, что подарок для Отто оказался дешевле. Да, в целом, многое будет дешевле, но почему-то она верила, что Сэт оценит по достоинству все то, что она смогла найти для него, по крайней мере, ей хотелось в это верить. Ведь в его жизни все время происходит что-то потрясающее.
Пока он раскрывал коробку, она аккуратно наблюдала за ним и его реакцией, ей хотелось скорее оправдаться, объяснить свой выбор, но, кажется, Сэту действительно понравился подарок.
- Сфотографируемся на память? Заодно проверишь камеру – снимок получился забавным, однако, он хотел спросить кое-что о другом, вовсе не о подарке, и даже не хотел рассказать про сверток, который подготовил для нее. Он хотел узнать, что она будет делать, если через три дня, в ресторане, в который они собрались с Отто, ничего не произойдет. Кажется, он осекся в этот момент, но Лав понимала – это действительно больная и сложная тема, и Сэт волнуется за нее, разумеется. Это нормально. Она тяжело выдохнула, кидая свое тело на кушетку.

- я не знаю, Сэт. Я… ну, понимаешь, когда ты много-много-много лет живешь и чего-то ждешь, когда ты… ох. Я просто уже не верю даже, мне кажется, я сама ужасно удивлюсь, если это случится, но мне так не хочется думать об этом. На самом деле, только не говори никому, но я начала собирать вещи. Понемногу, аккуратно. Не то, чтобы я уже готова встать и уйти, нет, просто… просто сложила косметику в одно место, разложила несколько футболок в другое, джинсы, шорты и юбки заблаговременно сложила ровными полочками. Это выглядит так, как будто я просто решила прибраться, но… я думаю, так будет удобнее все быстро закинуть в чемодан и покинуть родной дом. Родной дом. Подумать только, я на самом деле готова уйти от Отто. – девушка взялась за голову. Лоб оказался горячим, а может, пальцы слишком замерзли от ее нервозности. Сэт выглядит очень спокойным, он поддерживает ее, кивает, качает головой с одобрением, но в конце концов задает ей вопрос, который выводит ее из равновесия. Где она будет жить.
- я договорилась с Хлоей на пару дней. Ронни почти не живет в своей квартире, только спит и сможет приютить меня еще на недельку-другую… а потом уже найду что-то свое… если кто-то из твоих знакомых будет сдавать жилье для каких-то грустных одиноких леди, то так и знай, мне будет это интересно – она с горем улыбнулась. Он все еще молчал, хотя, кажется, ему было что сказать, но все же он считал, что сейчас это не к месту, так что лишь ухмыльнулся.
- не стоит считать себя слишком уж несчастной, если Отто такой болван, что не вспомнит о твоем условии, считай, что ты избавилась от мертвого груза – Лав улыбнулась и кивнула.
- да, так и есть.

[indent] Новогодняя ночь была в самом разгаре. Лав оделась невероятно изысканно, и все подружки массово помогали ей в этом деле. На ней был совершенный макияж, совершенное платье, все было совершенно, она сама была словно облако из волшебства. Ее сложно было не заметить, и некоторые парни даже оборачивались ей вслед, что толи нравилось, толи злило Отто, глядевшему им в ответ.
- ты сегодня прекрасна – подметил он, получая взамен ее улыбку. Да, она старалась, она надеялась, что он вспомнит. Конечно, когда он увидел, как она оделась, настолько элегантно и даже торжественно выглядела, он понял в чем дело, но было уже слишком поздно. Он осознавал, что она ждала его так долго, и ничего страшного не случится от того, что он купит кольцо, к примеру, числа четвертого, когда все выйдут на работу и ювелирные вновь будут открыты. Он знал, что облажался, но не считал это проблемой – какая разница, на день раньше или на день позже, если они вместе уже чертову тысячу дней. Он не понимал важности мгновения, не осознавал того, насколько этот вечер решает всю их совместную судьбу, до чего это серьезный момент. Нет, увы, он улыбался, заказывал больше вина и устриц, а под конец вечера, когда они вымученно поболтали о чем-то, предложил взять счет. Она не дождалась кольца в шампанском, в пироге или мидии, не было парня на одном колене и ничего примечательного в тот вечер вообще не было, это была бы обычная новогодняя ночь, если бы не одно «но». Лав собралась с силами и натянула улыбку на лицо, они расплатились по счету, взяли такси, и все было как будто в порядке, она не показала ни своего разочарования, ни грусти, ни обиды. Она не верила, что он мог просто так упустить все, что было между ними, не верила, что он может это сделать. Нет, он просто треплет ей нервы, просто издевается. Да в конце концов, даже если он не купил кольцо, оно же не так важно, как слова, как его действия здесь и сейчас. И все же, в такси никакого чуда не случилось тоже, и даже дома, когда она смотрела в зеркало, а он аккуратно прильнул к ее шее, стаскивая бретельку платья, она смотрела на его отражение и надеялась. Надеялась на то, что он откуда-нибудь достанет кольцо и это будет смешно и нервно, потому что она-то думала, что он забыл, но нет, вот и кольцо, в неожиданно домашней обстановке. Вот забава, да? 

[indent] Ее тело все еще было разгоряченным, а на щеках еще пылал румянец, когда послышался его храп. Нет. Это конец. Прощальный секс, кажется, всегда должен быть, но должен ли он быть сразу перед тем, как девушка соберет вещи и уйдет? Сможет ли Отто вообще понять, что дело было в кольце, или решит, что она умчалась прочь после плохой ночи? Лаф горько ухмыльнулась, она бесшумно встала с кровати, начиная тихо собирать вещи, одну за другой, другую за третьей, чемодан она унесла в другую комнату, чтобы не шуметь и не будешь бывшего возлюбленного. Всему конец, баста. Остальные вещи она соберет позднее, сейчас ей нужно только самое необходимое, что влезет в этот чемодан.

[indent] На часах половина третьего, но она все же решилась написать ему смс. Короткое «ты спишь» сразу получило ответ – «нет, все хорошо?», она смотрит на эти черные буквы на белом фоне и пытается разгадать, все ли у нее хорошо. Наконец, буквы набрались сами по себе – «нет». Коротко, но честно. Ей осталось дождаться всего одного сообщения, чтобы поехать к нему. К человеку, который был способен ее понять и поддержать, которому она не боялась показаться какой-то не такой, она слишком привыкла быть его другом, чтобы показывать какие-то там лучшие качества, как это делают с потенциальными кавалерами. Они правда были друзьями, и в этом была особенная прелесть, потому что их дружба теперь очень выручала ее. Она продолжила собирать вещи, потому что ответа сразу не последовало, и несколько раздосадованная, она складывала рубашку за рубашкой внутрь, в свою новую жизнь.

[indent] Основные вещи были почти собраны, и Лав на дорожку отправилась в ванну. Она еще не знала, куда поедет, в ее голове был аэропорт – там девушка с чемоданом точно будет смотреться хорошо, и точно не вызовет вопросов. Выйдя из душа Лав обнаружила сообщение, Сэт звал ее в гости. Вдох облегчения был слишком уж радостным. Ей есть куда поехать на эту ночь, а утром она поедет к девочкам и останется у кого-то. Кажется, весь мир разбивался по частям, уже утром начнет звонить Отто, искать ее, но все это будет будет совсем не важно, да?
Звонок, дверь, шаги.
- привет? -

[NIC]LAVVIE LYNNE[/NIC][STA]ну теперь точно конец[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/a4Sc5p4.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/YH1qylE.gifhttps://i.imgur.com/fu4Z1WK.gif[/SGN]

0

3

[indent] Он - дурак. Самый настоящий дурак, который играет с огнем, хотя прекрасно знает, что ничем хорошим его игра не закончится. Это как подставлять руку под язычки пламени надеясь, что обойдется без ожогов.

[indent] Обжёгся.

[indent] И от этого стал еще большим дураком в глазах кажется всех, кто знал причину его истинных чувств. Но знал только Рэй, точнее догадывался, который мог держать все его секреты в тайном сундуке на дне темного колодца, даже если вокалиста начнут пытать раскалёнными добела ножницами. Точнее Рэй был таким, пока не познакомился с Хлоей. Она каким-то магическим образом смогла превратить его в сюсюкающегося слюнтяя, рассказывая ей все, что было известно Рэю. Вокалист пал в бою даже не сражаясь, и Сэт не мог его за это винить, но рассказывать другу об истинных чувствах к Лавви он не рискнул, пожелав остаться со своими ожогами от любовной лихорадки наедине. А это было больнее всего. Особенно когда рядом постоянно маячила Синтия, требовала любви и внимания со стороны гитариста. Она отчего-то считала, что после двух свиданий с ней он должен был на ней жениться, ну или хотя бы пригласить к себе в гости, посмотреть на гитары и виниловые пластинки, с которых уже давно никто не сдувал пыль. Но Сэт медлил, не решаясь пригласить ее на чай, благо придумывать причины отказа ему не приходилось. Синтия здорово улавливала его плохое настроение и точно выучила, когда не стоит включать режим «навязчивости».
[indent] В последнее время он чаще был в плохом настроении, чем в хорошем. И чем ближе на календаре маячило тридцать первое декабря, тем мрачнее и грустнее он становился. Он зависал на студии, писал песни, находился в таком мерзком расположении духа, что люди от него просто шарахались, и не могли находиться слишком долго в одном помещении. Он злился. Опять закипал, но быстро остывал, когда на экране телефона высвечивалось ее имя. Мисс Линн. Именно так она и была записана у него в телефонной книжке, как напоминание ему самому, что скоро ее статус «мисс» может измениться на «миссис». Он словно издевался над собой, претворяясь ее другом, хотя это последнее что он хотел делать. Как играть в русскую рулетку, надеясь на хороший исход. И он надеялся, чувствуя себе еще большим дураком. Дураком с новогодним подарком.
[indent] Он решил купить ей совершенно чудную и маленькую гитарку, такую же хрупкую и тоненькую как сама Лавви. Это был совершенно дурацкий подарок, потому что он точно знал, что Линн даже играть на укулеле не может. Но разве он мог подарить что-то другое? Он сразу влюбился в гитару, также как помешался на будущей хозяйке. Такая маленькая, изящная, идеально сидящая в руках профессионального гитариста, в его руках. Он был рад и счастлив приобретенному подарку, ровно до того момента пока не переступил порог своей одинокой берлоги с гитаркой на перевес. Глупо. Очень глупо.
[indent] А если ей не понравится? Если этот говнюк Отто подарит ей что-то намного лучше, отодвигая «друга Сэта» на второй план? Что если…думать дальше он просто не мог, прерывая все свои мысли внезапным стуком в дверь, заталкивая укулеле в дальний угол своей квартиры, скрывая подарок от посторонних глаз, все еще раздумывая правильно ли он поступил, рискнув купить ей небольшой новогодний подарок.
[indent] Ей ничего не нужно было ему дарить. Это первое, что он понял, когда она протянула ему коробку, завернутую в праздничную бумагу. Гитары и барабаны. Мило. Он уже медленно плыл от одного её нахождения в его квартире, а Лав решила его добить и вручить подарок. Ужасный поступок с ее стороны, но Сэт только улыбается и планирует поскорее узнать, что же спрятано под упаковкой, не дожидаясь новогодней ночи. Его санта уже пришел вручить ему подарок за хорошее поведение.
[indent] Фотоаппарат. Быстрый щелчок камеры и мгновенная печать, показывая какие они счастливые. Он точно уверен, что есть вещи, которые люди хранят у себя под сердцем. Отец хранит обручальное кольцо, даже после развода с матерью. Матушка прячет в кладовке семейные альбомы, наполненные любовью и счастьем. А Сэт будет хранить их фотографию. Она у него на плече, вся такая улыбающаяся и ужасно довольная, что смогла ему угодить. И он с тяжелым взглядом и мыслями в голове, что она никогда не будет его девушкой. Его миссис Джимсон. Никогда.
[indent] Он даже забывает о чертовой и такой нелепой укулеле, которую планировал ей подарить. У него есть более важные дела и более важные вопросы, которые он хотел бы задать девушке, так тяжело упавшей на его кушетку. Облокачивается на стену, так удобно расположившуюся напротив, и внимательно смотрит на Лав. Им есть что обсудить и о чем поговорить, и он с удовольствием подставит свое плечо, если ситуация станет патовой. С удовольствием покажет Отто, как нужно ухаживать за его девушкой, если у Отто мозги поплавились от вечных обещаний и «завтраков». Сэт с превеликим удовольствием напомнит ему, благо руки уже давно чешутся. Но вместо этого он просто слушает, кивает, подбадривает, местами обзывает Отто болваном и просто ведет себя как настоящий друг. Настоящий чертовый друг, мечтающий уж точно не о дружбе.

[indent] Синтия подарила ему ужасный шерстяной шарф зеленного цвета, который он возненавидел, как только открыл коробку. И он точно не уверен, из-за чего злится. Либо из-за шерсти, которая сразу появилась везде на одежде и даже под ней. Либо из-за нелюбимого зеленого цвета. Либо из-за того, что она приглашает его на новогоднюю вечеринку и просит провести с ней время, а он только вернулся от родителей и без подарка для Синтии. Она не входит в его планы на новый год. Она где-то между «может быть когда-нибудь» и «спасибо, было круто, но…». И это самое «но» сейчас волнует его больше всего, словно именно в эту минуту решалась его судьба, ценой собственной жизни. Он был заведомо повержен, еще не зная результатов боя. Ждал как побитая собака короткого сообщения, чтобы либо открыть бутылку заранее приготовленного джина, либо также открыть бутылку, но с более радостными помыслами.
[indent] Она дала о себе знать, где-то ближе к трем ночи, когда он уже потерял счет времени и вырубился, так и не притронувшись к бутылке. Проснулся быстро, напечатал ответ со скоростью света, и приготовился ждать. Это были самые долгие секунды в его жизни, но еще дольше он собирался с силами напечатать ей ответ. И нет ничего проще, позвать её к себе, предложить дружеское плечо и слушать её ночами напролет, но он медлил.

[indent] Проклятье!

[indent] Планировал струсить, но наткнулся на фотографию, сделанную несколько дней назад, и решил действовать как можно быстрее, пока вновь не передумал.
[indent] — Приезжай ко мне. Тебя ждет твой подарок и бутылка джина, — добавлять себя в этот список было, конечно, глупо, поэтому он не решился, все еще не веря в то, что Отто облажался.
[indent] Он приглашает её войти, перехватывая из ее рук тяжелый чемодан, в очередной раз, проклиная Отто за то, что он заставил Лав таскать тяжести. Пропускает её вглубь своей темной квартиры и просит пройти в гостиную, где на столике уже разлит джин, а в проигрывателе тихо поет Элвис «ты не можешь сказать то, что я хочу услышать, когда ты с другим». И это практически похоже на свидание. Практически, но нет.
[indent] — Дай угадаю. Отто козел? — кажется, она только легонько кивает, заставляя его мысленно свернуть ему голову, что он делает регулярно. — Ну же, сбежавшая невеста, я требую подробностей, чтобы у меня был повод выбить из него всю дурь, — в последнее время он слишком часто об этом думает, что, конечно же, его не сильно волнует, потому что другого отношения Отто и не заслуживает. Как и не заслуживает Лавви. Сэт уверен в этом на все сто процентов. — Давай, Лавви, джин располагает для разговоров, а без разговора по душам я тебя сегодня спать не отпущу. Готов слушать и приготовил пачку салфеток, если вдруг ты планируешь немного пореветь, — идеальный, мать его, друг. Универсальный парень, готовый и нос выбить и подставить плечо, чтобы было удобнее плакать и слушать жалобы на другого парня.
[indent] А Элвис тем временем заглядывает ему в душу и предательски поет о любви. «Нужен ли я тебе, ответь: "да" или "нет". Дорогая, я всё пойму». Предатель! Он заставляет Сэта мысленно выругаться, ставя пометку в голове, чтобы завтра спрятать пластинку подальше от глаз. А потом он вспоминает про укулеле, которую так и не успел подарить, и прекрасно понимает, что вручать ей подарок именно сейчас крайне глупо и тупо, так словно плясать на костях Отто и их долгоиграющих отношениях. И если с Отто он не считался, то с Лавви приходилось. Поэтому, когда он на нее смотрел, он старался выглядеть уверенно и спокойно, словно основная его профессия состояла в том, чтобы разбираться в отношениях и давать советы, а не бренчать на гитаре и делать важное лицо. Он старался дать ей понять, что она под защитой и может ему довериться, хотя сердце у него в груди билось как ненормальное.
[indent] — А если тебе нужно побыть одной и пореветь в подушку, то моя кровать в твоем распоряжении, — он заранее решил, что проведет эту ночь на диване, каким бы неудобным он не был, а заметив её непонимание, решил уточнить, что именно он понимает под «подушкой» и «кроватью». — Ты ведь не думала, что я позволю тебе нежиться сегодня на неудобном диване? Ну же, милочка, диван по праву мой, даже не претендуй, — ситуация была простая и ясная, как день. Поговорить, уложить спать и не забывать о статусе «друзья», но это совершенно не меняло ощущений Сэта на счет Лавви. Она была прекрасна. Даже в статусе сбежавшей невесты она до сих пор заставляла его нервно вздыхать, испытывая при этом очень дерьмовые ощущения.

[indent] Очень. Дерьмовые. Ощущения.

[NIC]Set Jimson[/NIC][AVA]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/8/t844533.png[/AVA]

0

4

[indent]  Когда ты уходишь от мужчины, у тебя нет правильных слов. Так всегда бывает, когда очень хочется сказать что-то едкое, важное, большое и обидное, но из всего словарного запаса у тебя только «ммм» и «ох». По крайней мере, в момент, когда ты уходишь, но, когда ты уже ушла, осознание предлагает тебе миллион потрясающих фраз – почему ты ушла? – если ты все еще не понял, почему, это означает лишь то, что я все сделала правильно. Дальше нужно красиво развернуться спиной к ненавистному мужчине и сделать ему ручкой. Да, кажется, что может быть проще этого? Да нет же, ничего. Нужно просто показать этому недоумку, что ты не зависишь от него, и вот он смотрит на тебя снизу вверх и умоляет о том, чтобы ты вернулась домой. Да, она знает, что Отто обязательно явится, будет смотреть самыми грустными глазами из всего своего арсенала, будет молить о прощении, о том, что он оказался настолько глуп. Она все это уже знает, ей даже не нужен сам Отто для того, чтобы поддержать свою самооценку и уверенность в том, что все случится именно так, однако этого совсем недостаточно. Нет. Настоящая проблема не в том, чтобы показать, что Отто дурак, чтобы унизить и указать ему на его же ошибки, настоящая проблема – выдержать после того, как он придет, не броситься к нему на шею, не простить его в первые же минуты. Некоторые вещи даются мучительно больно, и Лавви уже заранее осознавала, что ближайшие пара месяцев станут для нее испытанием, адом на земле, в котором у нее заберут всю пищу, все, что она помнит, во верила все эти годы. Это как у католика отнять бога. Просто убить на глазах у мученика и рассмеяться ему в лицо. Немного странное сравнение, но все же, оно ей подходило. Ее было вытянутым и уставшим, она как будто повзрослела сегодня ночью на несколько лет, несколько мучительных лет. Это все казалось ей какой-то совершенно отвратительной шуткой, только вот никто не смеялся, не выпрыгивал из-за угла и не кричал «розыгрыш». Увы, ничего подобного, жизнь порой бывает удивительно мерзкой и жестокой штукой.

[indent] Лавви стояла перед дверью Сета не совсем уверенная в правильность своего поступка. Он был ее другом, но внутри нее маленький дьяволенок посмеивался и потирал ручки – когда-то они познакомились в крайне романтической атмосфере, и уже тогда Сет вполне справедливо называл Отто болваном. Теперь этот болван окончательно ее лишился, а ведь именно в разговоре с Сэтом она окончательно приняла решение обговорить дату и дать Отто время. Именно появление Сэта сделало ее жизнь сейчас такой невыносимой, но такой правильной. Она не знала, что будет дальше, но понимала остатками работающего мозга, что так точно будет лучше для нее самой. И все это благодаря красавчику у бара, который так старался предложить ей коктейль, а теперь позвал к себе, не ругать и переживать, а успокаивать и радовать. Дьяволенок внутри был доволен, что она не поехала к подругам, решив их не будить, хотя что для них звонок ночью? Да, черт возьми, ничего, когда у их подруги случилось такое. Лавви отгоняет эти мысли, слишком ранние для девушки, что рассталась с парнем полчаса назад. А парень, к слову, даже не в курсе, что с ним расстались. Ну и дела.
Сэт открывает дверь с мягкой улыбкой. Кажется, его лицо всем своим видом говорит – я не стану давить на тебя, чтобы ты ни хотела сделать. Это было именно то выражение лица, которое было ей сейчас нужно, не ее маленькому дьяволу, а ей самой, ее психическому здоровью. Сэт легко забивает чемодан, практически сразу замечая его, переставляя в прохожую, чтобы не мешался, и отходит, давая ей пройти в комнату. Его распахнутая рука указывает на столик с двумя бокалами и бутылкой, в помещении тихо играет музыка, а свет приглушен. Это могло бы быть похоже на свидание, но сегодня она уже была на одном, так что, улыбнувшись уголками губ своей мысли, проходит вперед и устало плюхается на диванчик, скидывая по дороге пальто.

[indent] Сэт пытается разговорить ее, но она только устало смотрит на бокал, потом на него, потом кивает на его очевидный вопрос, и хватает бокал на столе. Она не пьет такие крепкие напитки в обычной ситуации, но сегодняшнюю ситуацию сложно назвать обычной, так что, делая крупный глоток, девушка щурится от попавшего в горло острого и крепкого напитка, что сражу жжет и горячит, спускаясь огненной струйкой в желудок.
[indent] - да что тут рассказывать – она все еще не выпустила из рук бокала, упорно вглядываясь внутрь его и, видимо, надеясь найти в нем что-то большее, чем просто джин. Может, ответы на ее вопросы?

[indent] - он забыл. Даже не вспомнил дома, ни в один из моментов. – Сэт говорит про диван и про кровать, но Лавви даже не уверена, что сможет сегодня заснуть, поэтому лишь слабо улыбается его нравоучениям о том, где кто будет спать.

[indent] - ладно, спасибо. Я не знаю, это самое странное, что со мной случалось за все последнее время. Я просто не могу понять, как можно было относиться к человеку рядом с тобой настолько поверхностно, не серьезно. Мы же провели вместе столько лет. Тут речь даже не про мои желания или не желания, не про игру, которую я могла бы затеять в обиде или чем-то таком, это серьезное условие на котором мы либо продолжали быть вместе, либо нет. И он просто взял и забыл. Это отношение ко мне в целом, я просто была удобна этому человеку, не нужна, не любима, не интересна, а удобна. Черт. Это так унизительно. – она потянулась к столу, поставив бокал на место и потерла виски руками. Голова не болела, но казалась тяжелой и горячей, внутри нее было столько боли сейчас, что она не могла говорить больше, только думать. Думать о том, что она, очевидно, недостаточно хороша, если не смогла удержать такого парня как Отто – он даже не всем ее подругам нравился, он тоже был не идеален, и все же, он не захотел жениться на ней. Чувствуя свою беспомощность, она накрыла ладонью лоб, и Сэт тут же пришел на помощь, вновь напоминая ей, что Отто просто идиот, что он ничего не понимает и лишился всего, чего только можно.

[indent] - да, но не идиотка ли я, если провела с ним столько лет и верила ему все эти годы? Не идиотка ли я оттого, что все это время я ждала чего-то, чего вообще никогда, наверное, не случилось бы? – лицо Сэта выражало глубокую печаль, ведь теперь ему приходилось искать слова о ее молодости и наивности, о том, что он все же звал ее замуж, когда ей было восемнадцать или семнадцать (он не помнил точно), но главное, что этот Отто, получив этот прекрасный цветок в свой унылый тупой горшок все же обещал ей, что однажды она станет его супругой. Он никогда не говорил ей, что этого не будет, он просто лгал, обманывал и пользовался доверием. Она не виновата в этом. Цветок слушал его с легкой улыбкой, и в конце концов, она тяжело выдохнула и раскинула руки вперед, к Сэту, она вытянула их в понятной форме просьбы обнимашек, и Джимсон пересел к ней на диван, по-дружески мягко обняв ее. Она уселась поудобнее, положив голову ему на плечо, и наконец почувствовала себя спокойнее, хотя один вопрос все еще волновал ее.

[indent] - как у вас дела с Синтией? Она не разозлится на то, что я осталась у тебя с ночевкой? – Лавви знала недостаточно про их отношения, потому что Сэт не мог напрямую сказать ей, что ее подружка для него на разок. Это было слишком не хорошо, ведь они подружки, поэтому Сэт всегда старался съезжать с этой темы, но сейчас, когда они оказались в настолько теплой обстановке, был просто обязан сказать чуть больше, чем обычно, а Лавви вполне устроили его слова – это значило, что она могла оставаться тут и не переживать.

[indent] - знаешь, тебе не обязательно уходить на диван. Я доверяю тебе, и знаю, что ты не будешь ко мне приставать, да и у меня есть с собой настолько закрытая пижама, что можно считать, что я в коконе. Если у нас будут еще и разные одеяла, я вообще не вижу причин тебе спать на твердом диване – ты уже не молод, чтобы так мучать свою спину – конечно, она пыталась шутить, а когда сказала про приставания, на его лице появилась едва заметная улыбка, но он сосредоточился и тут же кивнул ей в знак согласия – дескать, никаких приставаний. На этом они и согласились. Лавви хотелось уткнуться в чье-то плечо и чувствовать тепло где-то рядом, она не хотела спать одна, и она действительно верила Отто – он точно знает, когда можно приставать к девушке, а когда нет, и сейчас точно момент «нет».

[indent] Он принес все необходимое, второе одеяло, даже выделил полотенце в ванной, и спать лег так, чтобы между ними еще оставалось сантиметров пятнадцать – на край. Этому действию Лавви покачала головой и ухмыльнулась – она не чувствовала сейчас никакой дольки романтики, ее внутренние демоны слишком устали и хотели спать, так что она легко улеглась на живот, вытянув руку, и обнимая одной рукой Сэта, а вторую свесив с кровати. Она чувствовала себя комфортно в этот момент.

[indent] Утро настало слишком резко – она лежала боком, ее обнимала чья-то рука, и эта рука точно не принадлежала Отто. Сперва испугавшись, Лавви дрогнула, пытаясь скинуть объятие, но тут же разбудила этим Сэта, который смотрел на нее сначала с непониманием, а после, с пониманием – у них не было времени переглядываться – ее телефон сходил с ума, от этого она и проснулась.

[indent] - ну конечно, кто же еще – пробормотала Лавви, посмотрев на монитор. Давай ты обнимешь меня обратно, и мы сделаем вид, что я не просыпалась. И никогда не проснусь, пожалуйста. - Она поднялась на локтях, и схватилась за голову. Ее мир рушился.

[NIC]LAVVIE LYNNE[/NIC][STA]ну теперь точно конец[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/a4Sc5p4.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/YH1qylE.gifhttps://i.imgur.com/fu4Z1WK.gif[/SGN]

0

5

[indent] Сегодня он спал слишком хорошо, чтобы в это поверить. В последнее время его ужасно сильно мучили бессонницы, и засыпал он только под утро, когда нормальные люди просыпались и бежали на работу. Он спал по четыре или пять часов и это было даже больше, чем он мог себе позволить. Он был самой не выспавшейся версией самого себя. И даже хорошо сыгранные концерты или очередное выступление в любимом клубе, после которого они позволяли себе пару дней на передышку, не помогали Сэту прийти в себя.

[indent] Но сегодня все было иначе.

[indent] То ли звезды сошлись правильно, то ли вечер был идеальный. Сегодня, а это чувство появилось после того как девушка с чемоданом переступила порог его холостяцкой берлоги, его не покидало чувство, что он действительно выспится за многие дни своей бессонницы, которая приходила к нему в последнее время слишком часто, чувствуя себя уже не гостьей, а навязчивой подружкой, которую не получалось выгнать никакими известными способами.

[indent] После рюмки джина, очередной бравшей за душу песни Элвиса, нужно определенно спрятать все виниловые пластинки с его исполнением, уж слишком они были душераздирающими, и теплого разговора с Лавви, ему, конечно, приснилась мисс Линн. И в этом не было ничего не правильного, ведь сегодня, всего на минуту, он смог позволить себе считать ее свободной девушкой. Хотя неправильность была в том, что ему отчетливо было мало какой-то вшивой минуты. Парень хотел, настолько сильным показалось желание в груди, что на секунду он даже сам испугался своих мыслей, чтобы Отто и вовсе пропал навсегда и позволил гитаристу выйти вперед. Но дела сейчас обстояли так, что Отто просто притормозил на минуту, давая Сэту небольшую фору, надежду на что-то возможное. Да и чего кривить душой, гитара был уверен, что ее муженёк еще обязательно объявится, чему он бы, конечно же, не удивился.

[indent] А еще Сэт точно уверен в том, что есть такие моменты, которые запоминаются на всю жизнь. Первая гитара. Первый концерт. Первая песня на радио. И множество первых моментов, которые он помнит и с детальной точностью готов рассказать, если его вдруг об этом попросят. Будь то первый поцелуй в средней школе под трибунами на школьном стадионе с красавицей Мисси Йорлик. Или первая машина, дребезжащий родительский «додж», разваливающийся и оставляющий на каждом повороте по гайке. Или первая масштабная покупка в его жизни, о которой он мечтал и грезил, после восхода своей карьеры гитариста. Или ночь с Лавви.

[indent] Приглашая ее к себе переночевать, он едва ли ожидал того, что получил в итоге. Ведь лучше Лавви во сне, может быть только Лавви наяву. И его даже не смущает ее странная пижама, которая больше напоминает скафандр, отбивая у нормального мужчины возможность узнать, что спрятано под максимально плотной и закрытой тканью. Хорошо, что нормальность давно уже покинула голову Сэта, и он ни капельки не волнуется по этому поводу. Напротив, только радуется, что все происходящее происходит именно с ним и именно сейчас, совершенно точно забывая обо всех своих проблемах, которых в последнее время становится все больше и больше. Начиная от последствий любимой работы, заканчивая навязчивой Синтией, с которой, наверное, он точно не уверен, нужно будет поговорить про небольшие изменения в его жизни ввиду сбежавшей Лавви у него в квартире.

[indent]Ему нравится все и даже больше, не смотря на угол, который он отчертил себе на кровати, давая возможность ей улечься в свое удовольствие. К тому же еще больше ему нравиться, когда ее рука нежно ложится ему на плечо, ласково обнимая его, насколько позволяет расстояние между ними. И он практически готов согласиться с мыслью, что нет ничего приятнее, чем когда девушка засыпает в твоей кровати, но всегда есть «но». В его отношении к Лавви, всегда есть и будет «но».

[indent] «Но» дается о себе знать на рассвете, нагло врываясь в его идеальное утро, давая понять всем и каждому, что списывать со счетов его пока рановато. Не нужно быть дураком, чтобы не понять, кто звонит и пишет ей каждую минуту уже с утра, обнаружив в своей постели пропажу. Без пяти минут муж начинает волноваться слишком поздно, как кажется Сэту, но лучше поздно, чем никогда. Хотя «никогда» устроило бы Сэта идеально.

[indent] Но всему хорошему рано или поздно приходит конец. И самое лучшее во всей этой ситуации просто принять Отто и его навязчивые звонки как данность. Данность, раздражающая гитариста до безобразия, лишающая его не только возможности, но и желания продолжить спать дальше, хотя они действительно так сладко спали. Да и Лавви, если бы могла считывать его эмоции, удивилась бы, почему он сейчас был недоволен, не смотря на его умиротворенную и заспанную моську на лице. В какой-то момент, посреди ночи, он позволил себе перекатиться на ее край кровати, подминая под себя спящую и податливую девушку, совершенно точно не контролируя свои действия. И вот вместо радостного пробуждения ему приходится нехотя вернуть свои руки на место, при этом пришлось еще и извиняться за свою дозволенность, хотя извиняться он планировал в самую последнюю очередь.

[indent] — Не то чтобы мне не хотелось тебя обнять, но от проблем не спрячешься в теплой кровати, подруга. Ты должна с ним поговорить, возможно, не сейчас, но должна, — как же сложно было претворяться ее другом и делать вид, что ты не желаешь рядом лежащую девушку. Тупое чувство никчемности, которое он ощущал еще со школьных времен, когда только вступил в музыкальной кружок, куда ходили одни батаны и задроты, вдруг вновь зародилось в его голове. — Давай я лучше сделаю тебе кофе, без молока и сахара, чтобы ты окончательно проснулась и ответила своему несостоявшемуся мужу, иначе это придется сделать мне, — это единственное, с чем он справится на пять с плюсом, ведь желание вырубить Отто стало уже не просто минутным порывом, а целью по жизни. И Отто бы очень удивился, узнав, что у Сэта есть не только виды на его девушку, но и вопросы к самому парню. Например, он бы обязательно поинтересовался, когда тот наконец-то свалит с горизонта.

[indent] Давая возможность собраться с силами девушке на кровати, он спокойно выходит из спальни, оказываясь в ярко освещенной гостиной. Покупка холостяцкой берлоги, на самом последнем этаже, под крышей фешенебельной многоэтажки в деловом районе, обошлась ему в хорошую копеечку, изрядно облегчив тяжелые карманы после десятков концертов, выступлений и сотни часов проведенных в студии. Но это того стоило. Он не пожалел ни об одной потраченной копейке, когда ставил свою подпись на документах и забирал у хорошенькой брюнетки связку ключей, официально становясь полноправным владельцем недвижимости в родном городе.

[indent] Квартира была невероятной. Просторная гостиная с мягким диваном, белоснежным ворсистым ковром, гитарами, виниловыми пластинками и большими окнами в пол, выходящими на центральную улицу. Днем гостиная наполнялась естественным источником света, а ночью радовала его огнями большого города. Вместительная кухня в серых тонах, с минимум техники и полупустым холодильником, который наполнялся только после приезда матери или после приезда Сэта в родительский дом, где матушка никогда не отпускала его обратно в берлогу без пары вкусных наполненных доверху стеклянных контейнеров, которые потом нужно обязательно вернуть, забирая новую порцию еды. Большая светлая спальня с полупустым шкафом и полками, которые некому занимать и заполнять. Ванная комната, оформленная в темных тонах, и очередные пустые полочки, где в одиночестве умирают принадлежности Сэта, позабыв о гостеприимности хозяина, который, не смотря на огромную любовь к собственной квартире, большую часть своего свободного времени проводит на студии либо на диване в гостиной, позабыв насколько все-таки мягкая в спальне кровать.

[indent] — Знаешь, если ты планируешь остаться у меня чуть больше, чем на одну ночь, нам нужна еда, желательно которую можно есть, а не которая умерла смертью храбрых, — обычно его завтрак выглядит очень скучно. Горький кофе, если забыл купить молоко и сахар, или чай, который он терпеть не мог и заваривал напиток только в самых экстренных случаях, когда заканчивалось даже кофе. Из еды были контейнеры, которые портились с завидной регулярностью, потому что он частенько забывал даже поесть после студии. Возможно, был хлеб, если повезет, он даже сможет сделать ей бутерброд с чем-то съедобным, но проверять тухлые контейнеры все же не рискнул.

[indent] — Ты ведь планируешь остаться? — он говорит громче положенного, чтобы Лавви из спальни было прекрасно его слышно, — Просто если ты собираешься прятаться от Отто, то первым делом, куда он поедет тебя искать, будут подруги, а обо мне он даже и не знает, поэтому моя берлога в твоем полном распоряжении. У меня даже были где-то запасные ключи, на случай если ты захочешь прогуляться, — за сохранность личности Лавви, как и за свою, он не переживал. На этаже помимо него были еще три квартиры, две из которых занимали пожилые пары, жившие в доме с доисторических времен. Марта и Феликс никогда его не донимали, и каждый раз, когда он заваливался домой после полуночи, с шумом открывая входную дверь, обязательно выглядывали и заботливо предлагали еду, оставшуюся после ужина. Ивер и Осмунд, парочка, перебравшаяся из снежной Норвегии еще в семидесятых годах, вообще скептически относилась к его ночным возвращениям и равнодушно, что не удивительно, они ведь норвежцы, здоровалась, когда они встречались в лифте или коридорах многоэтажки. Папарацци, если и поджидали его, что было редко, всегда толпились у парадного входа, к тому же Сэт частенько пользовался закрытой парковкой и выезжал через запасной выезд, не давая шанса щелкануть его на камеру.

[indent] — Мне нужно на студию съездить, поэтому можешь чувствовать себя как дома. Постараюсь вернуться пораньше и с едой, но не обещаю, — сегодня по плану очередная прогонка песен, которые они успели выучить наизусть, встреча с Синтией, которая всю прошлую неделю канючила ему про какой-то супермодный ресторан на западной улице, где обязательно нужно побывать. Еще возможно встреча с отцом и мелкие делишки, которые откладывать уже просто нет никакого смысла.

[indent] — Если вдруг соскучишься, я всегда на телефоне. Брошу все дела и примчусь, — наверное, он бы смог отодвинуть все дела и примчаться по первому ее звонку. Смог бы с легкостью бросить Синтию доедать дорогие блюда в супермодном ресторане, и поужинать какой-нибудь китайской дряни с Лавви в его просторной гостиной, где давно уже не ступала нога другого человека. Но его планам вообще не суждено сбыться, ведь где-то там, в спальне, ее телефон все еще продолжает атаковывать пресный Отто.

[NIC]Set Jimson[/NIC][AVA]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/8/t844533.png[/AVA]

0

6

[indent]  Лавви лениво смотрела на монитор своего смартфона. Слова Сэта о том, что она должна будет поговорить с Отто были выкинуты из головы почти в тот же миг, когда они туда попали. В целом, она может и понимала, что это необходимо, потому что ей нужно будет забирать свои вещи, но меньше всего на свете она сейчас хотела с ним разговаривать. В голове даже были хитрые планы о том, как она приедет за своими вещами именно в те дни, когда он работает, когда точно не сможет находиться дома и подловить ее для беседы. Тогда с ним и вовсе не нужно будет разговаривать, а это тот самый вариант, который подходит Лавви – она не хотела больше иметь вообще никаких дел с этим человеком, потому что он оказался просто огромным мудаком, иначе ну никак не скажешь.

[indent] - о нет, только не без молока и сахара – девушка накрылась одеялом с головой, отчетливо отказываясь существовать в мире, где нет молока и сахара в ее кофе. Она обожала сладкий латте, большую часть которого занимало молоко, так что идея пить горький кофе была еще более горькой, чем общаться с Отто. Хотя, нужно подумать, что из этого хуже, она точно найдет лидера. Сэт не дал ей времени на раздумья и вредность, и убежал на кухню со скоростью света. Кажется, он не очень хотел рассиживаться, или у него были планы, или он почувствовал себя хозяином, который должен уважить гостя, в общем, Лавви точно не знала его мотиваций, но он показался ей излишне расторопным и неспокойным для раннего утра после того, как они половину ночи проболтали у него на диване. Она даже думала уточнить, не желает ли он поспать еще пару часов, когда она выключит звук на мобильном, но бодрость его голоса говорила сама за себя. Он, очевидно, полон сил. Откуда он их взял она не знала и очень хотела взять в долг.
Пока он что-то делал на кухне, она медленно вылезла из под одеяла, глянув на свой телефон одним глазом и удостоверившись, что звонки все еще продолжаются, поплелась на кухню. Удивительно, но она чувствовала себя как дома у него. Возможно, дело в теплом приеме, а может ее внутренности успокаивались от того факта, что где-то ей пытается названивать Отто, который все еще надеется ее вернуть. Ей нравилось, что он мучается, потому что он должен был ответить за все то время, которое она потеряла, и, если эта горячка продлится у него хотя бы неделю, она уже посчитает, что хоть немного смогла его наказать. Конечно, она не верила, что он будет звонить ей целую неделю, надоест, устанет, отстанет. Это же Отто. Эти мысли вновь заставляли задуматься о правильности выбора в ее отношениях и о том, куда она смотрела, когда уезжала с ним из родного города непонятно куда. Да уж, иногда мы выбираем самых плохих людей себе в спутники, а добряков обходим стороной, но теперь Лавви четко решила, что ей стоит воспользоваться чьи-то великодушием и с интересом слушала его размышления о том, что ей стоит остаться у него.

[indent] - знаешь, а ты, наверное, прав, Отто в самом деле не знает про тебя ничего особенного, по крайней мере, твой адрес ему точно не известен, а по девочкам он пойдет сразу, если вообще куда-то пойдет – она с грустью хмыкнула, подумав о том, что парень, на которого она потратила столько лет может вообще не пойти ее искать. Понасилует ее телефон полчасика и успокоится, как вам такой вариант? На самом деле, она очень волновалась, что он действительно перестанет писать, она правда переживала, что все его попытки вернуть ее обойдутся получасовыми дозвонами и на этом все. Если все выйдет именно так, это будет означать только то, что он вообще не ценил ее, настолько сильно, что не пытается вернуть, не пытается извиниться. Да, она уже не простит, но вопрос же не об этом, верно? Лавви вновь с печалью взглянула на Сэта, который обдумывал все варианты ее расположения у него в доме. Он уже вспоминал, где его запасные ключи и что нужно купить, был настоящей хозяюшкой, и сейчас Лавви очень хотелось обнять его и сказать спасибо за все, что он для нее делает, но сегодня утром она уже не была такой пьяной и раскрепощенной, как вчера ночью, на нее не падала такая усталость и такое горе, так что она воздержалась от физических касаний, просто говоря ему

[indent] - знаешь, ты мой спаситель, и я очень сильно тебе благодарна. С ума сойти, а ведь когда мы с тобой познакомились, я даже не думала о том, чтобы поставить перед Отто дату, чтобы поставить его в неудобное положение и посмотреть, сделает ли он хоть что-то для меня, для нас. Я просто текла по течению до встречи с тобой, двигалась как-то несуразно, и, теперь очевидно, совсем не в ту сторону. Удивительно, что я так долго не видела очевидного, но ты – человек, который сказал мне когда-то, что я стою большего, хотя тебя обожают миллионы и ты мог вообще ничего подобного мне не говорить и не тратить на меня время. Ты удивительный человек, ты в курсе? – наконец, она ему улыбнулась, и парень, слегка удивленный резким приступом нежности, был доволен и несколько смущен. Он говорил, что постарается вернуться раньше и с едой, обещал, что приедет, если потребуется, намного раньше, если вдруг что – в любой момент, и она впервые так сильно почувствовала чью-то заботу на себе. Обычно о ней заботились ее девочки, ее семья, но Отто не был таким заботливым, настолько. Он мог быть неплохим, но этого, конечно, никак не могло ей хватать, особенно теперь.

[indent] - Спасибо тебе, но я уверена, что справлюсь и даже смогу купить себе немного еды, чтобы выжить в твоей берлоге, все в порядке, ты можешь идти и ни о чем не переживать – Лав спокойно перетекла в ванну, где приняла душ и почистила зубы щеткой, вытащенной из собственного чемодана, после чего поместила щетку в стаканчик в ванной. Здесь явно никто не жил кроме него и это было странно. Точнее, это было нормально, Сэт с Синтией не в таких отношениях, чтобы она оставляла тут вещи, и все же… странно было раскладывать тут свои вещи. У нее не было ощущения, что она залезает на чужую территорию, но ей было не по себе от всего в целом, ей нужна была моральная поддержка, и эта поддержка могла быть действенной только от пары людей – Хлоя и Ронни были ее близкими подругами, более близкими, чем остальные, самыми близкими, и так как именно сейчас Хлоя не просто занята какими-то отношениями, но занята отношениями с парнем, который дружит с тем парнем, у которого теперь живет Лавви, идея позвонить именно Хлое показалась ей вполне адекватной.

[indent][float=right]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/3/51170.gif[/float] К счастью, подруга быстро отозвалась на ее зов, и даже не долго ворчала и охала от того, что Лавви сообщила о новостях так поздно. Хлоя была у Сэта уже через час после звонка, одетая с иголочки, красивая и наряженная, было ощущение, что у нее намечались какие-то планы, которые вовсе не совпадали с идеей плакать о бывшем своей подруги вместе с ней и пить горячий шоколад в прикуску с мороженным.

[indent] - мы идем по магазинам – торжественно объявила Хлоя, впорхнув в пристанище гитариста. Она некоторое время поозиралась, рассматривая квартиру и точно пришла в восторг.

[indent] - нууу, рассказывай, что между вами было? – конечно, интерес Дженни подогревался ее собственными догадками, которые пришлось отметать, объясняя, что он тот самый человек, дома у которого Отто искать не станет. Идея показалась подруге правильной, но от магазинов она отказаться не захотела
[indent] – мы идем покупать тебе новые, красивые вещи свободной женщины, поняла меня?
[indent] - и сильной и независимой? –
[indent] [float=left]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/3/934774.gif[/float]- и сильной и независимой и потрясающей! – заверила подруга. Лавви двинулась к двери, совсем не думая о том, что у этого здания есть задний выход, и что можно выйти как-то еще кроме парадного входа. В целом, как человек далекий от шоу-бизнеса и его радостей, она не подозревала, во что может вляпаться и просто вляпывалась в это также невинно и случайно, как проливала бы кружку кофе.  Папарацци дружно встретили ее парой заготовленных щелчков, но как только поняли, что девушки не являются кем-то известным и важным, снимать перестали, услужливо провожая их взглядом и вновь устремляя взгляд на дверь. До этого момента Лавви как будто и не осознавала, насколько большой звездой был Сэт, но теперь реальность ударила ей прямо по лбу. Он мегазвезда, сотни девушек половину жизни бы отдали, чтобы провести с ним ночь, а она просто спала с ним в пижаме сегодня, на одной кровати. Потрясающая реальность немного выбила ее из обыденности, и она посмотрела на Хлою другими глазами.

[indent] Они стояли в одном из магазинов-бутиков, и Лавви уже примеривала второе потрясающее платье, когда вопрос встал перед ней сам по себе.
- ты же встречаешься с их солистом, тебя уже должны были по всем фанатским сайтам четвертовать, разве нет? – осознание, порой, приходит совсем не быстро, особенно медленно это происходит, когда твои семилетние отношения рушатся, и ты не видишь вокруг ничего, кроме собственных проблем.

- и не только это, мне даже пришлось закрыть комменты в инстаграмме, но это не важно, ведь Рой просто душка - беззаботно отвечает Хлоя, рассматривая еще одно платье. Кажется, она почти на сто процентов уверена, что Рой купит ей и одно и два и даже пять платьев, если она хорошо его попросит, и теперь Лавви вновь вспоминает, что эти парни еще и сказочно богаты, а значит, за ними действительно идет охота.

- погоди, то есть тебя уже знают в интернете как его девушку? конечно, до Лавви все доходило слишком медленно. Ей было невдомек, что каждый выход в свет вместе с Роем для Хлои - мини испытание, она не думала о том, что подруга чувствовала на себе взгляды каждую минуту, нет, секунду, но стойко переживала и это и слепящие огни от вспышек папарацци. Она была с парнем, который ей нравился, и ей было плевать на все вокруг. Пожалуй, Хлоей можно только восхищаться.

- конечно, на меня за несколько дней подписались почти сто тысяч человек, это общество дошло до того, что они подписываются на девушек известных людей просто из-за того, что она является его девушкой. Вот это достижение, не правда ли? и действительно, Хлоя не сделала ничего выдающегося, просто начала встречаться с парнем, и вот, она королева инстаграмма. Хочется спросить, куда полетит этот мир дальше, но мысль пошла в более правильное русло, которое выводило ее на ту самую пугающую мысль, что еще не зародилась, но уже начала.

- но мы вместе спускались по лестнице из парадного входа его подъезда…  они же могут соотнести, что девушка Роя выходила из дома, где живет Сэт с другой девушкой и тогда... в голове уже дорисовывалась картинка - девушка Роя ведет новую избранницу Джима по магазинам. Отто точно увидит этот снимок, даже если сам не следит за Сэтом, он увидит потому, что все следят за этой группой, кто-нибудь ему покажет.

- ага, могут, только Отто все равно не пустят в этот дом, там охрана, не переживай, ты в безопасности, да и в целом даже лучше, если он будет думать, что ты променяла его на богатого и известного, будет знать

- да, Отто-то может и будет знать, а как Сэт будет объяснять это Синтии? Мы ей еще не сказали – и именно в этот момент в телефоне Синтии всплыло новое уведомление: «Тайная пассия Джима уже живет в его огромной квартире в центре городе, по источникам инсайдера девушка уже переехала к Джиму, вчера заехав с чемоданом, а сегодня отправилась за покупками в магазины неподалеку». Рыжая быстро посмотрела на телефон, выбирая что-то изысканное в меню этого нового ресторана, после чего, все же обратив внимание на имя Джима в уведомлении, решила внимательнее прочесть статью, ведь она давно была подписана на все новости про эту группу.

[NIC]LAVVIE LYNNE[/NIC][STA]во дела[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/a4Sc5p4.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/YH1qylE.gifhttps://i.imgur.com/fu4Z1WK.gif[/SGN]

0

7

[indent] Он просидел в машине еще минут десять, чтобы понять, что делать дальше. Смешно, правда? Еще пару дней назад он действительно мечтал провести ночь с Лавви, как бы громко это не звучало, а теперь не знает, что делать с ней дальше. И самое печальное во всей этой истории было то, что пожаловаться Рою и попросить совета у голоса группы он не мог. А если и мог, то не посчитал правильным. Рой автоматом выпадал из списка советчиков, потому что любой секрет мог быть передан Хлои на блюдечке с голубой каемочкой. Поэтому справляться с проблемами на букву «Л» он решил сам, надеясь, что последствия едва ли его коснуться. Но уже в студии он понял, что облажался.

[indent] Большую часть репетиции он думал о ней и о том, чем она занята. Переживал, что в доме кроме кофе ничего нет. Волновался, что она будет ходить голодной, замёрзшей, потому что не сообразит, как включить тупой теплый пол, который в квартире постелили пару недель назад, с которым он и сам пока не разобрался. Еще наверняка соседи достанут. Марта, одна из его престарелых соседок, была слишком активной старушкой и если ее что-то интересовало, то она не видела никаких преград, а Лавви слишком милая, чтобы отказать в разговоре милой Марте.

[indent] Но больше всего его волновал не пустой холодильник, теплые полы и папарацци у парадного входа, его волновал Отто, который за его отсутствие мог найти в себе храбрости и смелости и написать, а то и хуже позвонить, ей и попросить руки и сердца, полностью обгоняя Сэта в гонке за сердце длинноногой красотки. Отто мог отрастить яйца, стать настоящим мужиком и найти способ выйти на разговор с Лавви, а то и хуже, отыскать ее временное пристанище, что конечно же было просто невозможно, но понять этого Сэт был не в состоянии, слишком многого себе нафантазировав.

[indent] Остановить себя он был уже не мог, как и репетицию, которая шла второй час, конца которой не было видно. Они могли тренироваться до мозолей на пальцах, позабыв о том, что существует реальный мир за пределами звукозаписывающей студии. Один час мог перейти во второй. Второй в третий. Третий в глубокую ночь, когда ехать домой уже просто нет смысла. Но благо сейчас смысл возвращаться домой у него появился. Смысл появился также и у Роя, который после пяти часов жесткой репетиции все же убрал в сторону микрофон и гитару и попросил у парней перерыв.

[indent] После перерыва было еще две попытки отрепетировать песню, звонок Тома своей беременной подружке, потом вновь попытка отрепетировать то, что и так было выучено наизусть. На последнем часе репетиции Сэт уже халтурил в открытую, но никто из уставших парней этого не замечал. Разойтись получилось ближе к вечеру, когда не выдержал уже Уэйн, сославшись на дела.

[indent] — Ладно, чуваки, пора заканчивать, — он озвучил мысли абсолютно каждого в помещении. «Пора заканчивать», —мысленно говорил себе Сэт, все еще обдумывая что именно ему нужно закончить в первую очередь. Незаконченных дел было слишком много, одним из таких дел было свидание с Синтией, которая категорически не принимала отказав. Да и Сэт был не самым гадким человеком на свете, считая своим долгом, что и у Син должна быть своя минута славы.

[indent] Уже с первых минут их свидания было понятно, что живым выйти из этой авантюры ни у кого не получится. Каким-то неведанным образом, Сэта всегда поражала способность папарацци оказываться в нужном месте, об их свидании прознали все, кто мог пользоваться интернетом, а это по меркам вспышек камер было пол города точно. Синтия сияла. И сияла она не только от дорогого платья и красивого макияжа, но и от щелчков папарацци, который облепили их словно мухи. Сдерживало мух с фотокамерами только стеклянная дверь модного ресторана, в который, спасибо всевышнему, не пускали с камерами.

[indent] Они заказали бутылку белого вина, что-то с морепродуктами и какое-то блюдо на итальянском, по усмотрению Сэта, ведь свидание оплачивал он и его банковская карточка. Потом, как только вино было разлито по бокалом и прозвучал первый тост за встречу, они обменялись стандартными фразами, лишенными какого-либо смысла. Синтия пару раз посмеялась, пошутил и Сэт, заставляя Синтию вновь мило улыбнуться. В любой другой ситуации она могла бы ему понравиться. Она шутила, могла поддержать беседу, даже предложила в конце вечера оплатить счет пополам. И в целом была неплохой девушкой, получая свои пять баллов за старательность в попытке понравиться гитаре.

[indent] Наверное, если б он заметил ее раньше Лавви, то возможно сейчас их свидание приобрело больший смысл, но смысла не было. Он просто ел вкусную еду, цена которой была чертовски не обоснованной, и пил вино, от вкуса которого сводило зубы и приходилось с тяжелым чувством делать очередной глоток, не забывая о том, что ему еще ехать, а самое главное подвозить Синтию до дома.

[indent] У Синтии не было шанса, и во второй половине вечера она словно это поняла, полностью потеряв интерес к их свиданию. Все ее внимание занял телефон и нервное перелистывание новостной ленты, если Сэт правильно успел понять в перерывах между ее внезапно возникшими к нему претензиями.

[indent] Задавать вопросы она начала с конца. Джимсону пришлось сделать очередной глоток вина, чтобы понять каких именно объяснений от него просит Синтия, переключаясь между ним и телефоном, что бы она в нем не вычитала.

[indent] — Что? — он хотел бы чтобы она повторила, но Син была чересчур понятливой девушкой и повторила свой вопрос даже раньше удивленного взгляда парня.

[indent] — У тебя что-то с Лавви? — в последнее время он слишком часто задавал этот вопрос себе лично, и был крайне удивлен услышать его еще от кого-то. Но его удивление быстро сошло на нет, когда он вытянул из ее рук телефон, получилось слишком грубо, но Син держалась молодцом и молча пропустила через себя его резкое изменение в поведении, считая, что звездам можно все.

[indent] Пролистывая ленту новостей, он узнал о своей личной жизни слишком много подробностей. Выругался себе под нос, проклиная газетных стервятников за способность сувать нос не в свое дело. Дело было исключительно личным и такими подробностями, хоть правды в них было кот наплакал, делиться Сэт не планировал. Он хотел бы оставить все в секрете, но вместо этого на него смотрела Лавви и Хлоя выходящие из его дома. А вот еще Лавви и Хлоя с таким классным заголовком «Тайная подружка Джимсона уже тратит его деньги в дорогих бутиках недалеко от дома». Потом еще что-то похожее на « На еще одного холостяка стала меньше». И самое крутое «Оказывается он не гей!». И во всем этом великолепии был он и Синтия, которая планировала устроить ему истерику на глазах у десятков фотоаппаратов, которые были готовы в любой момент словить сенсацию за которой охотились не первый день.

[indent] — Синтия, у нас ничего не выйдет, — нужно было сказать об этом еще в самом начале их отношений, если они вообще были. И хоть он ей об этом наверняка говорил много раз, решил повторить то, о чем было известно всем и каждому, кроме самой Синтии. К тому же, если Сэт успел ее понять хоть немного, она и так получила свою минуту славы, о которой мечтала с самого начала. Пару фотографий на разворотах журналов она точно получила.

[indent] — Нужно было давно это прекратить, — хотя прекращать то было нечего, — и не мучить тебя, — не кому не нравилось выставлять себя в нелепом виде, но лучше сделать это в роскошном ресторане с итальянской едой на столе, чем не сделать этого вообще.

[indent] — И с Лавви у меня ничего нет, если тебя все еще интересует этот вопрос. Просто у нас с тобой ничего не получится. У меня и тебя. И дело не в Лавви, — дело было чертовски в ней, но знать об этом сидящей на против девушке было не нужно. — Можешь закатить истерику и выбежать из ресторана под громкие возгласы всех вокруг, а можешь спокойно закончить со мной ужин, пару раз попозировать на камеру и может тебя кто-нибудь заметит, — он не рискнул говорить ей о том, что у нее очень красивые черты лица, потому что звучало все это очень цинично и мерзко. Словно он ни во что не ставил их мимолетные отношения и был готов к любому повороту, лишь бы поскорее избавиться от Синтии. Его самого немного поразило такое в себе ощущение происходящего, но быстро подавив непонятный для себя комок, он вновь посмотрел на Синтию, ожидая от нее хоть какой-то реакции. Хотя реакция была понятна с самого начала.

[indent] — Думаю, можно сделать пару совместных фоток. Оставлю на память, — никто из сидящих не жаловался, ведь это было бесполезно. Планета не остановится на месте, если Синтия устроит истерику и выйдет из ресторана, вызывая такси. А так они хорошо отужинали еще парочкой итальянских блюд, немного попозировали на выходе и разошлось у нее дома, она поднялась к себе в квартиру, он же вернулся в свой дорогой спальный район.

  [indent] Вернулся ближе к полуночи, держа в руках два пакета из японской забегаловки, куда заехал перед поездкой домой, чтобы порадовать свою соседку по квартире. Надеялся только на то, что она еще не успела найти пристанище получше и все еще ждет его в когда-то пустой квартире. Впервые в жизни гитара шел с мыслью домой, что его там кто-то ждет. Не пустая квартира и холодная кровать, а женщина, которая будет искренни рада японскому удону. Наверное рада. О пристрастиях в еде им еще нужно будет поговорить, если они планируют жить вместе.

[indent] — Лавви?  — он так боялся, что она ушла, что даже немного испугался, когда в тишине квартиры заметил встречающий его сонный силуэт.  Все-таки не ушла, — внутри парня все бушевало пожаром, но Сэт сдержался и только поднял два пакета немного вверх, показывая девушке, что вернулся не один.

[indent] — Я привез еду. Поужинаешь со мной?

[NIC]Set Jimson[/NIC][AVA]http://forumupload.ru/uploads/0017/45/b7/8/t844533.png[/AVA]

0

8

[indent] Лавви удобно расположилась в одной из дорогущих кафешек в центре, они с Хлоей купили ей несколько слишком красивых платьев, пару новых блузок, юбок, в общем, практически новый минимальный гардероб, они даже заскочили в магазин с нижним бельем, ведь Хло была уверена, что, избавившись от старых вещей, Лавви избавится и от старого парня. В чем-то подруга была права – Линн и правда чувствовала себя намного лучше, у нее как будто открылось второе дыхание, и девушка с радостью ощущала, как хорошо было дышать полной грудью в этот зябкий, но такой приятный январский денек. Лавви чувствовала наступление новой жизни, новой главы, ощущала, как никогда раньше приятное покалывание где-то внутри, сердце было готово стучать быстрее, мозг готов был работать лучше, весь ее организм радовался, хотя внутри она ужасно страдала. Это было странно, потому что она не могла до конца понять – счастлива она или же напротив, убита горем? Внутри Лавви жило много вопросов, но очень мало ответов, и единственное, что она старательно делала сегодня весь день – не обращала внимание на телефон. В какой-то момент Отто перестал ей звонить, словно устал или занялся другими делами, но через пару часов звонки восстановились и продолжались еще около получаса, после чего он вновь устал. Лавви с ухмылкой думала о том, как мало ее ценили в этих отношениях, он не просто не отнесся к ней серьезно, но даже не удосужился позвонить Хлое, с которой она все это время была, ни разу. Он вообще ее не ищет, да? Просто пытается разрядить ей телефон? В этом смысл?

[indent] Недовольная Лавви думала не только об этом, она думала еще и о Синтии, думала о Сете, думала о том, как они познакомились, и какие чувства он будил в ней когда-то давно, когда они впервые встретились, и она, не зная, кто он такой на самом деле легко и почти бесстыдно написала ему. Когда-то это было так волнительно, так интригующе и вызывающе для нее, и теперь она понимала, почему она все же сделала это ни смотря на Отто, ни смотря на подруг, она поболтала с совершенно неизвестным ей парнем, провела с ним какое-то время и стала словно бы лучшей версией себя, когда решила, что ей следует двигаться за собственными желаниями и брать от жизни то, чего достойна. Вся эта история когда-то началась именно с него, и теперь, когда Лавви смогла избавиться от груза, а иначе Отто просто невозможно назвать, она ощущала, что было между ней и Сэтом что-то еще, вязкое, зыбкое, что-то такое, что нельзя описать словами. Нет, они точно не флиртовали, между ними не было ничего настоящего, серьезного и с молниями из глаз, но они были невероятно нежны, обходительны, аккуратны друг с другом, они могли отложить дела, ну, не всегда, конечно, но все же, что-то неважное шло прочь, когда они появлялись в виде планов друг у друга на горизонте в какой-нибудь вечер выходного дня. Она всегда ценила его, как друга, но лишь теперь задумалась, а были ли они только друзьями, или в этой истории была замешана симпатия, которая созревала, словно маленький росток, и, наконец, вылезла? Но как же Синтия? Лавви тяжело выдохнула. Она не понимала, реально ли это симпатия к Сэту говорит в ней или ново осознанное одиночество, в котором она не была уже много лет? Может ей просто морально обязательно нужно думать, что у нее кто-то есть, может ей просто некомфортно быть в качестве свободной девушки, непривычно и чуждо? Единственное, что она поняла сейчас точно – перед тем, как начать новые отношения, ей точно нужно разобраться с собой, разобраться со своими мыслями, внутренними болями, вьетнамскими флешбеками, в общем, со всем, что будет тревожить ее, со всем, что может вызывать боль и ужас.

[indent] Хлоя же витала где-то в облаках. Она всегда влюблялась раз и на всю жизни, пока любовь не заканчивалась в какой-то вторник, так что можно было даже не пытаться вытащить ее из дремоты ее мечтаний о Рое. Лавви воспользовалась этим для того, чтобы, отклонив пару звонков от Отто окончательно его заблокировать и проверить, что пишут про Сэта и что пишут про нее. Она почему-то была уверена, что там уже что-то пишут, хоть и не слишком-то хотела оказаться правой. И все же, про нее уже действительно была статья, и про Сэта, который сейчас сидел в ресторане с Синтией, которую легко можно было разглядеть на фото тоже. Лав смотрела на них, и внутри у нее что-то сжималось, она осознавала, что Сэт ей не принадлежит, что между ними ничего не было и нет, что он просто приютил ее, что Синтия успела первая на этот чудесный поезд, но все же, внутри Линн было неприятное ощущение, которое она никак не могла объяснить ни самой себе, ни кому-то еще.

[indent] Ближе к вечеру девушки направились обратно в квартирку Сэта, где встретились с совсем неожиданными гостями. Они прошли сквозь ограждение из папарацци уже с большим трудом, чем утром, но все же, успешно забегая внутрь уютного коридора с расставленными диванчиками и коморкой швейцара, они сталкиваются лицом к лицу с Отто, который только и делал, что ждал их появления. Она не знает, как давно он здесь сидит, но чувствует, что меньше всего хочет думать об этом и вообще о чем-либо, связанном с ним. Он сам виноват, он придурок. Хло тянет ее за рукав, но Отто успевает подойти. Он кажется очень расстроенным, взволнованным и раскаявшимся. Кажется, он все еще думает, что Сэт гей и она просто уехала к парню-подружке. Пожалуй, это даже хуже, но прямо сейчас Сэт на свидании с Синтией, так что противопоставить тут нечего.

[indent] - Лавви, пожалуйста, послушай, мне очень жаль – она смотрит на него, такого слабого в этот момент, и внутри нее все сжимается. Конечно, это же ее Отто, с которым они провели столько лет, столько совместных моментов. Он смотрит на нее так искренне, а Хло лишь аккуратно держит ее за рукавчик, словно бы напоминая, что ей следует уходить от сюда как можно быстрее, и что это существо намного опаснее паука – однажды попав в его сети, есть возможность уже никогда не вырваться, однако его лицо выглядит настолько раскаявшимся и искренним, что внутри собирается ком, который очень тяжело взять и выкинуть.

[indent] - Отто, я дала тебе достаточно шансов, у тебя были годы, ты показал свое истинное отношение ко мне, а с годами, знаешь ли, оно станет еще хуже. Пока я еще не совсем грустная сорокалетняя женщина, которой ты будешь говорить, что я уже больше никому не нужна, хочу быть кому-то нужной. У тебя был шанс и возможность, но ты ими не воспользовался она отвечает спокойно, хотя к концу эмоциональность становится слишком сильно, отчего она несколько расстраивается. Конечно, пока что ей еще не все равно, но все же

[indent] - я хотел, я планировал, я хотел сделать для тебя сюрприз, просто немного отодвинул его объяснения кажутся такими мелочными и глупыми, она даже не дает ему договорить.

[indent] - знаешь, если ты не понимаешь, о чем я, наверное, это не имеет смысла. Была дата, конечная и четкая, и ты был предупрежден, что будет после того, как она пройдет. Ты забил на мои слова, решил, что я не в серьез, что я в очередной раз просто о чем-то мечтаю, но мне надоело. Все, мы расстались, больше не нужно сюда приходить, не звони мне, не пытайся меня вернуть, все кончено – она говорит это четко и твердо и замечает, как его лицо искажается в злобе – она оборачивается на Хлою и понимает, та почти смеется над ним, она искренне рада тому, что Лав нашла в себе силы на эти слова, нашла саму себя внутри, новую и смелую. Они уходят в сторону швейцара, потому что обе осознают, что Отто начнет хватать Лавви за руки, а значит, им понадобится помощь, и после того, как Отто был с шумом выведен из здания, девушки поднялись в студию Сэта, устало разглядывая город в панорамные окна.
[indent] - ну что, кажется, это окончательное все, ты как? –
[indent] - хочу напиться – с игривой улыбкой отвечает Лавви. Сейчас у нее внутри очень погано.

[indent] Хлоя не поддержала Лавви в ее плане, так что, когда девушка завалилась в алкогольный магазин и заплатила за три бутылки – вино, мартини и виски, продавец даже глазом не повел. Еще Лавви купила сыр, купила орешков, мед, в общем, все в лучшим традициях грустных одиноких вечеров, напоследок она купила ведерко мороженого – вдруг захочется посмотреть какой-нибудь милый девичий фильм и поплакать. Лавви планировала вечер в одиночестве, осознавая, что Сэт, скорее всего, приедет под утро. Он же на свидании с Синтией, верно?

[indent] Он вернулся намного раньше ожидаемого, но все же, она уже успела расправиться с бутылочкой вина под сыр и орешки, и открыла мартини, к которой была куплена банка оливок. Девушка чувствовала себя достаточно пьяной, чтобы очень сильно проголодаться, так что вышла к нему с радостью. От нее несколько разило алкоголем, но она хотя бы выглядела веселой.
[indent] - я устроила себе вечер разгрузки – сообщает она немного заплетающимся языком.
[indent] - смысл в том, чтобы отпустить вообще все свои переживания и начать жить по-новому, свободно и счастливо, понимаешь? – она принимает у него пакет с едой, которую тут же уносит на кухню, где собирается незамедлительно все съесть. Она только недавно ела с Хлоей, но алкоголь разбудил в ней еще больший голод.
[indent] - в общем, мы видели Отто сегодня – сообщает она, делая большой глоток мартини, после чего, хватает еще один бокал, ставит перед ним и наливает ему до полна.
[indent] - даже не обсуждается, если я дома не одна, значит я не могу пить одна. Как тебе такое правило дома? – она смеется, и он невольно начинает улыбаться. Она сегодня сама не своя, но в этой пьяной Лавви тоже что-то есть, необузданность и безумие, которой никогда не было в привычной хорошей девочке.
[indent] - он пришел прямо сюда, представляешь себе, пытался что-то там говорить, что он что-то приготовил, какой-то сюрприз – она болтает параллельно с поеданием и очередным глотком мартини, который она пьет как сок, только немного жмурится, но после сразу улыбается.

[indent] Где-то через полчаса беседы она все же вспоминает про Синтию. Удивительно, ведь она помнила про нее все время, пока была трезвой, но как только ее мозг был объят алкоголем, она напрочь забыла, где вообще был Сэт вечером. Кажется после того, как он сказал ей, что они расстались, она громко сказала
[indent] - оооо – и подняла с пола полную бутылку виски
[indent] - нужно выпить за то, чтобы вовремя расставаться с теми, кто нам не подходит, у тебя отлично получается, ты все сделал вовремя – бутылка мартини еще не прикончена, но они оба переходят к виски, и все, происходящее после этого стирается из памяти девушки напрочь и насовсем, пока ее глаза не открываются от яркого солнечного света и она не жмурится так, как делала бы это в последний раз. Голова просто невероятно сильно болит, буквально раскалывается, и первое, что она видит, это рука, которая обнимает ее со спины. Рука, которая принадлежит парню. Рука, которая точно не принадлежит Отто. Она почти забывает про то, как сильно болит голова, аккуратно поворачивая ее в сторону рядом лежащего тела – рядом с ней лежит Сэт, и одеяло едва ли закрывает его голую пятую точку. Лавви делает такой резкий вдох, как будто хочет закричать, но не может, она резко выдыхает, стараясь сохранять дыхание, стараясь не задохнуться от шока, от всего, что происходит, и лишь теперь видит саму себя под одеялом, полностью, черт возьми, голую. Полностью! Она снова выдыхает так тяжело, что, кажется, еще один такой заход и она просто разрыдается не в силах собрать по частям все, что произошло вчера ночью. Аккуратно убирая его руку, она умудряется его не разбудить, и лишь потом догадывается, что скорее всего, это просто невозможно – после выпитого его не поднимет даже бульдозер. Она находит свое белье на полу, быстро надевая все назад, выискивая остальные вещи и встречая на своем пути почему-то не только пустую бутылку мартини и виски, но еще и пустую бутылку от текилы, чего она вообще никак не помнила. Ее мозг как будто отказался думать о том, что вчера было и просто не запомнил этого веселья, только вот что делать после этого дальше… хорошенький вопрос, не правда ли? Единственная мысль, которая показалась ей сейчас правильной и адекватной – убежать прочь так быстро и далеко, как смогут унести ее ноги, и дело вовсе не в том, что она не хотела этой ночи, а в том, как сильно ей было стыдно за эту ночь. Она не такая девушка, и это все… это не ее нормальное поведение, от всего этого ей было не по себе, а еще так сильно болит голова…

[NIC]LAVVIE LYNNE[/NIC][STA]во дела[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/a4Sc5p4.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/YH1qylE.gifhttps://i.imgur.com/fu4Z1WK.gif[/SGN]

0


Вы здесь » urie!twentyonewentz » Lavvie & Set » s.2 le roi est mort, vive le roi


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно